Благодаря Мариссе и Джейн спортивные сумки не выплевывали кроссовки и бандажи так, словно их тошнило от вони, издания «Спортс Иллюстрейтед» лежали ровной стопкой на кофейном столике, а распечатанные пачки «Доритос» и «Раффлс» со сметаной и луком были сведены к минимуму. Также на полу больше не валялись пустые бутылки «Гуся» и «Лага», не было видно переполненных пепельниц с бычками, и, что более важно, БДСМ-игрушек в таком разнообразии, что Бутч, порой, с трудом понимал, где Б, где Д, а что отвечает за С или М.
Возле кухонного гарнитура он слил остатки бурбона в раковину и сполоснул стакан.
Вытер его бумажным полотенцем, налил себе пару дюймов «Лага» и, сделав глоток, прополоскал рот, смывая вкус «Харпера»[28]. Этот бурбон служил неплохой альтернативой. Но когда хочешь «Спрайт», а получаешь сельтерскую воду, от разочарования никуда не деться.
Посмотрев на бутылку «Лагавулина», Бутч удивился, обнаружив ее пустой на три-четверти. Он распечатал ее вчера, и кроме него «Лаг» никто не пьет.
— Ты вернулся.
Когда Марисса заговорила, Бутч уже поднимал голову, инстинкты связанного мужчины встрепенулись с ее появлением… и выход был эффектным.
Его супруга была в шелковой ночной сорочке, спускавшейся до ее красивых голых ступней, пастельный розовый цвет словно был создан именно для нее и нескольких видов селекционной чайной розы. Светлые волосы, которые она уже давно постригла до плеч, начали отрастать — к его радости — и густые волны спускались к ее ключицам и лопаткам.
Какое-то мгновение Бутч изучал ее лицо.
Говорили, что она была красивейшей женщиной расы, и он знал, что это — факт, а не порождение слухов. С первой их встречи в старом доме Дариуса… тогда он еще был человеком и не понимал, во что ввязывается… она поразила его в самое сердце. Но его привлекла и пленила не ее внешность. Ее личность, что таилась в глубине красивых глаз, в голосе, что как песня лился с ее идеальных губ, сердцебиении за роскошными формами.
Он полюбил ее душу.
— Ты в порядке? — спросила она, приблизившись.
— Что случилось?
Шелковая ночная сорочка струилась позади нее подобно инверсионному следу от самолета в небе, и не в первый раз Бутч пожалел о том, что не может обеспечить ей лучшую жизнь. Учитывая суровый характер его работы с нехваткой хороших новостей и постоянным кровопролитием, а также его небольшую подработку в виде Ответственного за устранение Омеги.
— Все как всегда. — Он прижал Мариссу к себе и поцеловал. — Ты знаешь.
— Нет, учитывая, как ты лакаешь скотч.
