Попадание…
Ни к черту, потому что лессер чересчур рано потерял баланс и рухнул наземь."
"Бутч, пролетая над лессером, грустно проводил взглядом затылок, в который ранее целился… и вспомнил, что говорили о джипах на льду. Полный привод не означал мгновенную остановку на все четыре колеса, и это же было справедливо для почти трехсот фунтового вампира, оказавшегося в воздухе.
Выгнувшись в полете, он сгруппировался и выбросил ноги так, чтобы они послужили носом его пьяного корабля. Маневр не сбавил скорость, но позволял приземлиться на ноги и руки.
По задумке.
Если бы он не в вмазался в брошенный и разобранный на запчасти автомобиль.
Капот заставил его раздвинуть ноги в продольный шпагат, левая нога ушла на север, сбивая эмблему «Крайслер» с решетки радиатора, правая двинулась на юг и застряла под передним спойлером. Мошонка приняла на себя основной удар, превращая его голос в звонкое сопрано, он взял ноту Си на семь тысяч октав выше, чем способен любой мужик, не имеющий отношения к опере.
Когда его «О Соле М-м-мать твою»[17] пронеслось по переулку, лессер вскочил на ноги. Короткое мгновение они тупо смотрели друг на друга. Сложно сказать, кто удивился сильнее, но вскоре стало ясно, кто быстрей включил первую передачу. Спиди Гонщик со своим падением в нужный момент не стал отсиживаться на месте. Он рванул мимо Бутча, рассевшегося на капоте.
Застонав, Бутч хирургически соскреб яйца с машины и снова бросился за лессером. От боли скручивало желудок и слезились глаза, и приходилось ставить ноги колесом, словно ковбою, что провел верхом три года и только слез с лошади.
Но он быстро приноровился, сама мысль, что этот лессер мог оказаться последним, заставила его перебирать ногами быстрее, чем нравилось его промежности.
С другой стороны, судя по ощущениям внизу? Ему предпочтительней лежать на диване, примотав пачку замороженной фасоли к яичкам.
Еще один угол, и на одной силе воли он снова начал сокращать расстояние. В этот раз он не станет рисковать детородными органами.
Когда добыча оказалась в зоне видимости, Бутч решил отказаться от фокусов из «Матрицы». Он просто нагнал его, оказываясь настолько близко, что тлетворная вонь била прямо в нос, а пыхтенье лессера звучало также громко, как и биение собственной крови в ушах.
Он выбросил локоть и спеленал врага, выполнив локтевой захват вокруг горла, сжимая свободной рукой запястье, сделав рывок всем телом и отрывая лессера от асфальта и заваливая наземь.
