Когда ее приняли в программу Йельской магистратуры по английскому языку, родители четко обозначили, что ей придется самой платить за это.
Естественно, она сразу начала искать работу.
— Черт возьми, ну и дом.
— Да, он здоровый.
Величественный особняк агрессивно вырастал из холма, хотя у нее было ощущение, что именно неприятное чувство в животе превратило это место во что-то угрожающее, а не витражи и карнизы его царственной крыши.
Заплатив парню, она вышла и подождала, пока минивэн не спустится с холма. У нее возникло чувство, что если родители увидят машину, то с большой вероятностью, ее не примут.
Когда «Лифт» скрылся из виду, она мгновение осматривалась по сторонам. Все на своем месте, кусты были обтянуты мешковиной, чтобы защитить их от холода, земля чиста от мусора, каменная дорожка сине-серого цвета огибала цветники и уходила к главному входу.
Подойдя к сверкающей двери, она ожидала, что прозвучит какой-то предупредительный звонок, оповещающий жителей дома о том, что дочь появилась в их владениях… не то, чтобы ее официально отлучили от семьи.
Скорее, все молча согласились, что методика воспитания детей в семье Эрли не привела к благоприятному исходу, как для удочеренной, так и для приемных родителей.
Дверной звонок, когда она нажала на него, издал приглушенный дррррррррррррррррл, не звон, но и не сигнализация. Старомодный шум, создаваемый механизмом, который, как она себе представляла, являлся частью дома, как и все внутри. Не ясно, где именно располагался звонок в дверных косяках, и она гадала, что будет, если штука сломается, как ее чинить…
Дверь открылась.
— Здравствуй, отец, — сказала она тихо. — Сюрприз.
***
— Ты собираешься что-то делать со своим гардеробом? Или будешь просто стоять и смотреть на свое дерьмо?
Когда Ви произнес эти слова, сидя за своими Четырьмя Игрушками, Бутч прокашлялся, собираясь отойти от первой из трех своих напольных вешалок с одеждой. Гол не засчитан.
— Коп, ну серьезно. Подбешиваешь. Ты прямо как в «Паранормальном Явлении».
— Это фильм о призраках, а не о вампирах.
И у меня все хорошо.
— Ты стоишь как статуя целых пятнадцать минут. Шестнадцать. Семнадцать… хочешь, я переверну песочные часы?
Бутч покачал головой и вернулся к дивану. Приземлив свою задницу, потянулся вперед, чтобы отхлебнуть «Лаг» из своего стакана, и с удивлением обнаружил, что тот пуст. Вместо того чтобы наполнить его, он поставил низкий цилиндр из хрусталя на кофейный столик.
— В общем, я встретил старого друга сегодня вечером.
