Выйдя из офиса через черный вход, она, опустив голову, направилась к своему автомобилю, ощущая звон паранойи в крови. Украдкой оглядываясь по сторонам, она не стала открывать «Гольф» пока не оказалась в четырех футах от водительской двери. Но, да ладно, словно кто-то мог запрыгнуть на ее заднее сиденье? Заскочив за руль, она защемила куртку дверью и не стала ее вытаскивать, заблокировав замки.
Заведя двигатель швейной машинки, Джо пристегнула ремень и, включив заднюю, нажала на газ…
Джо резко ударила по педали тормоза.
В зеркале заднего вида, в красном свете габаритных огней у ее заднего бампера возвышалась фигура с ирокезом.
Джо поставила двигатель в режим парковки и выскочила из «Цивика».
Шутка в духе «сто лет не виделись» застряла у нее в горле.
— Ты цел? — спросила она, окидывая его взглядом.
Когда Син кивнул, она не поверила ему. Он выглядел бледным и чем-то потрясенным, а его руки дрожали.
— Мне нужно в душ, — сказал он.
— Что?
— От меня плохо пахнет.
— Я чувствую только твой одеколон.
— Мне нужно…
У нее возникло ощущение, что он не понимал, что говорит, и она хотела узнать что, черт возьми, случилось за те двадцать минут, что прошли с того момента как он выбежал из бара.
То, как он сбежал от нее, точно не причем. Крепкий орешек вроде него не стал бы выглядеть так растерянно, ошарашенно.
Прежде чем она успела толком подумать, Джо подошла к Сину и взяла за руку. Она хотела сказать «пошли со мной». Но его кожа оказалась такой ледяной, что Джо боялась переохлаждения.
— Нужно согреть тебя.
— Я замерз?
Она подвела его к пассажирскому месту и открыла дверь.
— Садись.
Ну, вдруг он сам не догадался… хотя как, черт возьми, он поместится на этом сидении…
— Видимо, ты хорошо складываешься, — пробормотала Джо, закрывая за ним дверь.
Обойдя машину со стороны переднего бампера, она уселась за руль, понимая, что ее сердце гулко бьется, а кровь судорожно бежит по венам. Во второй раз включая заднюю передачу, она посмотрела на мужчину, которого подобрала на улице словно бродячего пса.
Он едва влез в ее «Цивик». Складываешься — это слабо сказано. Скорее он свернулся в три погибели. Колени практически достигали мочек ушей, руки втиснуты между ног, дальнее от нее плечо вжато в дверь. Ему, казалось, было все равно. Син словно вообще не замечал, где находится.
— Моя квартира недалеко отсюда, — сказала она. Ну, если сравнивать с теми, кто живет в Вермонте. — В смысле…
Син смотрел прямо перед собой. Словно пребывал в другой реальности.
