При мысли об этом ярость и желание мести за то, что они уже успели сделать, начинает расползаться по телу, грозя проявиться на лице.
— Насколько я осведомлен, — замечаю я. — Последняя поставка руды была почти в два раза больше обычной. Чтобы ее охватить за этот промежуток времени, вам нужно было расширить производство. Однако, когда я был на мануфактуре, я не заметил ни новых корпусов, ни дополнительной рабочей силы.
Ну ведь правда же, в официальный визит я ничего этого не видел. А вот ночное посещение продемонстрировало мне гораздо больше.
По лицам собравшихся пробегает тень. Нервный советник даже громко закашливается.
— Действительно, — поспешно согласился первый советник, — но качество руды…
— Вы еще хотите обвинить Эльвариам в том, что они поставляют некачественную руду?
Позволяю себе усмешку, потому что разговор идет явно не по тому пути, по которому рассчитывали советники. Однако они не останавливаются, и наш разговор начинает идти по кругу."
"Солнце смещается, выхватывая теперь своими лучами угол за моей спиной и показывая, что время идет.
А неприятное скребущее сердце ощущение все усиливается.
— Господа, — я резко обрываю советников и поднимаюсь, прерывая очередной виток пустых разговоров, — продолжим в другой раз.
— Но мы даже не обсудили... — начинает было седой советник.
— В другой раз, — твердо повторяю я. — И советую подготовить более точные данные о производстве. Будьте более убедительны.
Надо же, я практически физически ощущаю их недовольство.
Думал, что без дара это невозможно, однако же, вот оно, терпкое чувство, вязкой горечью оседающее на языке. Противно. Но это их проблемы.
— Ваше величие, — первый советник снова поднимается, — спасибо вам за ваше время. И… позвольте пригласить на праздничное гуляние на главной площади. Увы, в этом году оно будет гораздо скромнее, но вы непременно должны посетить…
— Я подумаю об этом, — снова перебиваю я, потому что внутри все подстегивает спешить домой.
— Если вы сможете быть убедительны в плане договора.
… и я не найду ничего до этого времени. А я очень надеюсь, что смогу это сделать и поскорее покинуть это прогнившее место.
Выхожу из здания гильдии сам, без провожатых. Не прощаясь ни с кем, подгоняемый тревогой и подозрением. Непонятным, необъяснимым, но очень острым, похожим на тысячи мелких иголочек, впивающихся до раздражения.
Я привык доверять интуиции: она меня еще никогда не подводила.
