Интересно, в присутствии дракона меня так же будут кормить вчерашней кашей с комочками?
Но когда я захожу в помещение, я понимаю, что там никого нет. Только на спинке одного из стульев висит перекинутый камзол Роуварда.
Перед глазами сразу же всплывает то, как дракон прячет мазь во внутренний карман. Оглядываюсь: никого. И звуков никаких.
Страшно. А сове нужна мазь. Немного совсем, у него же ранка-то крошечная, но что, если она начнет гноиться?
Нервно кусаю губу, сомневаясь. Хоть считалочкой считай. Эники-беники…
Была ни была! Почти бегом подхожу к камзолу, но только успеваю протянуть к нему руку, как раздаются гулкие тяжелые шаги…
Глава 11
Я резко отдергиваю руку и отступаю на шаг, сердце колотится как бешеное.
В столовую входит Роувард, и его взгляд мгновенно впивается в меня. По спине бегут мурашки. Он что-то заподозрил?
— Что-то интересное в моем камзоле? — его голос обманчиво спокоен, но в глазах мелькает нечто опасное.
— Я... — делаю еще шаг назад и судорожно ищу оправдание, — просто хотела потрогать ткань, ваше величие.
Я никогда не видела столь изысканной ткани…
Дракон прищуривается, глядя на меня, и наклоняет голову набок. В его взгляде удивление сменяется недоверием:
— Ты боишься, — произносит он.
Он не спрашивает, а утверждает. И это было бы нормально и логично, если бы он не добавил продолжение:
— Я не про то, что ты боишься меня как дракона или своего хозяина, — говорит Роувард, делая шаг ко мне. — Ты боишься конкретно сейчас. Из-за того, что собиралась сделать.
Черт.
И что… Что я должна сказать?
— Просто у меня есть такое чувство, будто что бы я ни сделала, вы все равно будете недовольны, — отвечаю я. — Да и ассоциации с этим местом, согласитесь, у меня не самые приятные… со вчерашнего дня.
Роувард хмурится. Его ноздри хищно раздуваются, а движения становятся плавными, тягучими, как у зверя, который выходит на охоту."
"— А ты пробовала сделать что-то, чтобы я был… доволен? — оказавшись совсем рядом со мной, спрашивает он. — Неужели тебе не хочется, чтобы твой хозяин был удовлетворен твоим… поведением?
Это внезапное заявление вызывает жуткий внутренний протест и злость: я все еще не считаю, что у меня есть какой-то там хозяин.
Это во-первых. А во-вторых… Бесят меня эти его намеки на то, что меня отдали как постельную игрушку.
— Мой хозяин, как мне кажется, сам не знает чего хочет, — вырывается у меня. Самой хочется себе дать по лбу: что я творю! — Вчера вы мне сказали не высовываться и не попадаться вам на глаза.
