Двор мануфактуры пуст, но из одного из корпусов доносится монотонный гул работающих механизмов. И крики. Те самые крики, о которых говорил Руди. Все это заглушалось защитой.
“Туда!” — кричит Руди, кружа над нами, и летит в сторону дальнего корпуса.
— Этого корпуса не было! — хмуро говорит Фридер. — Они бездновы гении, если смогли целый корпус скрыть невидимостью.
— Они одержимые, — отвечаю я. — А это другое.
Чем ближе мы оказываемся к корпусу, тем отчетливее слышны голоса. Ригель внутри рычит от ярости, требуя освобождения.
Я еле сдерживаю трансформацию. Нельзя. Опасно.
— Дверь заперта, — кричит Фларен, дергая массивную железную ручку.
— И заморожена изнутри, — добавляю я, чувствуя исходящий от двери холод.
— Охладительная установка, — бормочет Фридер, осматриваясь. — Они включили ее на полную мощность.
Понимание обрушивается на меня, как удар молнии. Они не просто заперли людей — они оставили их умирать от холода!
— Здесь простая магическая печать, — говорю я и сразу же взламываю дверь, одновременно нагревая ее, чтобы растопить мешающий лед.
Все заволакивает паром, а когда я все же выламываю дверь, не потрудившись открыть замок, нас обдает волной ледяного воздуха.
— Я не чувствую артефактов, — на ходу говорю я, — они не оставили здесь сюрпризов. Уходили в спешке, решили не тратить их здесь.
Перед нами огромное помещение, заполненное какими-то трубами и механизмами, гудящими и гремящими. Но людей нет, значит, они глубже.
— Крики снизу, — подтверждает мои мысли Фларен.
— Фридер, займись установкой, мы вниз, — командую я, и мы с Бьерном спускаемся в промерзшие глубины корпуса.
Где-то позади нас щелкают реле, вырубаются механизмы. Но мы не задерживаемся ни на секунду, через ступеньку спускаясь по металлическим, гремящим ступеням.
Кажется, это длится бесконечно, но когда мы достигаем дна, снова натыкаемся на закрытую стену. В этот раз Фларен оказывается быстрее и выносит дверь.
Оказавшись внутри, на мгновение застываем. Даже после всего того, что видели в сражениях, картина в подвале не может оставить равнодушным.
Слабое свечение с потолка и острое драконье зрение позволяет рассмотреть все. Дрожащие люди сбились в кучу в центре огромного помещения, пытаясь согреться теплом тел. Многие без сознания, кто-то стонет от боли. Мужчины, женщины…
Меня захлестывает отчаянием и страхом. Но это хорошо! Значит, они живы.
— Живые! — кричу я. — Кто еще способен двигаться, поднимаемся сами. Кто может, помогаем тем, кто совсем слаб.
