Во мне видят красивую игрушку, в которую играет дракон, и которую хотелось бы попробовать многим.
Я вижу, что Роувард замечает эти взгляды, и его глаза темнеют, а кулаки сжимаются. Он отмечает всех, кто посмел посмотреть на меня не так. А потом его внимание возвращается ко мне, и по телу пробегает дрожь, столько в нем нового, неожиданного, особенно в тех условиях, в которых мы сейчас.
Адреналин зажигает кровь, пока я иду по ниточке, соединяющей меня и Роуварда, как по тонкому канату. Оступлюсь — будет беда.
Дракон натягивает улыбку, принимая подарок из рук своего подарка.
Забавно, что и то и другое — с двойным дном. Дарители уверены, что дракон догадывается, потому и отправили меня “проследить”, чтобы артефакт использовался.
— Благодарю вас, мэр Гриндорк, — Роувард кивает мэру. — И всех уважаемых жителей города. Надеюсь, что мы скоро достигнем соглашения.
— Но я все же надеюсь, что вы почтите своим присутствием наш праздник. Это будет очень приятно для всех нас, — расшаркивается мэр.
Конечно. Верю.
Верю. И еще раз верю.
Роувард притягивает меня к себе за талию, сначала скрывается в толпе, а потом и вовсе уводит прочь из зала. Вот так. Без лишних прощаний и разговоров.
— Это больше похоже на побег, — отмечаю я.
— Будем считать, это тактическое отступление. Я не готов больше не минуты проводить в этом кисло-протухшем обществе, где из истинных эмоций только зависть, злоба и желание придушить собеседника, — усмехается Роувард. — Я успел забыть, насколько это неприятно.
Почти незаметно забрав свои плащи, мы выходим из особняка мэра, преодолеваем ограду и проходим быстрым шагом несколько домов по улицам, которые освещаются редкими факелами и светом из окон.
Потом Роувард ловит экипаж, а пока мы едем, сжимает рукой мою ладонь, выписывая на ней большим пальцем замысловатые узоры, которые запускают мурашки по моей коже.
После всего произошедшего на балу, напряжение, которое висит между нами, кажется странным, немного ненормальным, но тем сильнее хочется, чтобы оно не пропадало.
Как будто я цепляюсь за Роуварда, а он — за меня. И это очень важно для нас обоих.
Выйдя из экипажа, дракон подхватывает меня на руки и не выпускает, пока не заносит в дом. Как только за нами захлопывается дверь, он разворачивает меня, прижимает спиной к стене и впивается в мои губы.
Его поцелуй яркий, нетерпеливый, клеймящий, тут же выбивает из головы все мысли. Я позволяю его языку проникнуть в мой рот, ласкать мой язык с неистовой нежностью, требовать большего.
