Он думал, что я, как и другие ксавийки, пришла растоптать его достоинство и честь, развлекая свою заскучавшую задницу.
Не знаю, чего он пытался добиться своими словами, но это лишь убедило меня в том, что никуда я отсюда не уйду. Рагнар — не просто мужчина, он — личность. Они хотели превратить его в то же недоразумение, коим является большинство аллирийских мужчин, для меня же его самостоятельность и разумность в этом примитивном царстве животных равна подарку свыше.
И, кажется, мне пора перестать задавать вопросы и, наконец, дать ответы.
Глава 17
Женские шалости
Медленно приближаясь, я скользнула ладонью по груди мужчины вверх, останавливаясь на застежке плаща. Глаза Рагнара расширились, а чёрный зрачок полыхнул и раздулся, когда он опустил взгляд вниз и невольно переметнул своё внимание на мою едва прикрытую ладонью грудь.
А посмотреть на что было. Формы у меня достаточно впечатляющие, чтобы у маленькой хрупкой ладони возникли серьёзные затруднения с тем, чтобы прикрыть, хотя бы, горошины сосков.
Обе выпуклости так и норовили выскользнуть из руки и порадовать любопытный мужской глаз.
Сейчас, когда эмоции утихли, и граф больше не пытался настойчиво заставить меня отсюда уйти, он вдруг заметил во мне женщину. И в этот раз напряжение, сковавшее его высокую крупную фигуру, меня удовлетворило.
А я уже было забеспокоилась, что он не по девочкам.
— Что… вы делаете? — хрипло пробормотал Рагнар, не отрывая взгляда от моей груди.
Я же не торопилась покидать его личное пространство, вдруг решив пощекотать мужу нервишки.
С терпением у него явно были серьёзные проблемы, и мне показалось чертовски увлекательным занятием выводить мужчину из себя.
В любом случае, ему нужно ко мне привыкать. Вот пускай уже начинает.
— Мы, кажется, перешли на «ты»… Разве нет? — лукаво сощурив глаза, игриво пробежала пальцами обратно вниз, останавливаясь на нижней полосе тонкого, но плотного чёрного жилета.
— По правилам муж…
— Какие правила, Рагнар? Ты ведь сам их нарушил, помнишь? Нет пути назад, — перебивая его, хмыкнула я и нащупала застежки жилета, медленно их разлепляя.
— Что ты собираешься делать? — напряженно прохрипел граф, внимательно наблюдая за каждым движением моих пальцев.
Его тело превратилось в камень, и мне казалось, пусти в него сейчас пулю — она отскочит, как от стальной пластины.
— С чем?
— С тем, что я тебе сказал.
На мгновение в голове проскочила шальная мысль о том, чтобы в самом деле его наказать.
