— Это вас не касается, — сухо кинул мужчина, ловко вырывая из моих пальцев кисть.
— Я живу с тобой под одной крышей. Я хочу знать, — упрямо топнула ногой, складывая руки на груди.
— По-моему я уже доказал вам чистоту своих намерений. Разговоры о моей прошлой жизни ни к чему. Приятного времяпровождения, мне пора готовить ужин.
Раздосадовано провожая его напряженную широкую спину взглядом, я расстроено выдохнула и села у окна.
— Ну и катись! — буркнула, принявшись вертеть в руках магический шар.
Отчего-то поведение Таслана так сильно меня задело, что в груди болезненно заныло.
Я сжала удивительно трясущимися руками подарок мужей и поджала губы, пристыжено уставившись на темнеющее небо за окном.
Быть не может… Неужели он мне нравится?.. Но у меня уже есть двое мужчин!
Разочарованная в себе и в своём поведении сложила руки на подоконнике и уткнулась в них лбом.
Таслан молодец, что держится на расстоянии — зря наехала на мужчину. А вот я, кажется, зажралась.
— У меня была жена… — неожиданно прохрипел голос позади, звуча так, словно говорившему сдавливают горло.
Вздрогнув, я резко обернулась и удивленно уставилась на мрачно застывшего в двери герцога.
Сердце совершило кульбит и заметалось в груди в предвкушении. Неужели расскажет…
Воин на мгновение скользнул сомневающимся взглядом по окружающим нас стенам, сжимая и разжимая крупные кулаки по бокам от тела, после чего медленно опустился в кресло в углу. Длинные пальцы вцепились в переносицу, потирая, и, опираясь локтем о боковину кресла, он так и замер с рукой у лица.
— Та самая подруга императрицы, которую я упоминал.
Я тихо наблюдала за его очевидной внутренней борьбой и почти не дышала, боясь сломить долгожданный настрой. Шестое чувство подсказывало, что эта история особенная для их мира… не такая, как у графов. Таслан сильно отличался от всех и, зная его характер, я была уверена, что причины таких тяжелых внутренних конфликтов должны быть очень весомыми.
— Мира сильно выделялась среди ксавиек. Особенно, среди знати.
Бабушка воспитала её мягкой, нежной и уступчивой. Общество Элеоноры её не испортило, — тихо бормотал мужчина, ладонью скрывая от меня свои глаза. — Такие женщины огромная редкость в Аллирии. Нас было у неё всего четверо, и она уважала каждого одинаково. Она мирилась с нашими характерами, капризами, эгоистичными желаниями. Одна из нескольких, кто осмелился взять в мужья и тёмного, и ледяного. Мы боготворили её… — хриплый сдавленный голос воина надломился.
