Эта Хилапея говорила чисто и понятно, никакого местного говора или акцента.
А девчонка медленно обернулась, увидела меня и волка. Глаза ее стали совершенно круглыми, она аж задохнулась от неверия, а потом всплеснула руками, прижала их к груди и выдохнула:
— Слава богам. Пришли. А я уж думала, так тут и останусь навсегда.
Она прикрыла глаза, явно вознося молитву. Я все это время молча наблюдала за происходящим.
— Как мне к вам обращаться, достопочтенная госпожа? — помолившись, спросила меня потеряшка. А я уже поняла, что мы сюда угодили не только за ремонтно-покрасочными работами, но и за очередной постоялицей.
— Госпожа Агата Серебрякова. Управляющая ""Отеля потерянных душ"". Желаете у нас остановиться?
— Желаю, — решительно кивнула она. — Вы даже не представляете, как сильно я этого желаю. Честное слово, я потерявшаяся душа. Не знаю, как вам это доказать, но я не вру. Мне и хоспидичка Хилапея говорила это. Она меня лечила, я ж память потеряла… Меня местные, когда я сюда угодила, сочли сумасшедшей.
Только вот госпожа Хилапея и помогла.
— Не тараторь, — строго оборвала ее старуха и своей тростью легонечко шлепнула девушку по голым ногам. — Поторопись, некогда госпоже управляющей ждать тебя долго.
— Я сейчас. Я быстро, — заполошно всплеснула руками блондинка и рванула в дом.
— Я ждала вас. Почему так долго? — обратилась ко мне странная вампирша, как только ее подопечная исчезла с глаз.
— Ну… — растерялась я. — Как-то вот.
— Девчонка память не до конца обрела.
Ее магия просит другой энергии. А ты ей помоги, проводница, — хмуро указала она на меня перстом. Пальцы у нее были искривленные болезнью суставов, уж не знаю какой. Подагра, наверное?
— Проводница? — как попугай повторила я.
— Приемник, проводница, — небрежно отмахнулась собеседница. — Все едино. Девчонке память верни, информацию из эфира проведи к ней. Она из знатных, но, видно, насолила кому-то крепко. Проклятие я сняла, а воспоминания — на тебе.
— Кхм. А как вы?.. — переглянувшись с волком, попыталась я спросить.
Честно говоря, жутковатая женщина вызывала опасения."
"— Вижу. Я многое вижу, управляющая ""Отеля потерянных душ"". И про тебя, и про тебя, охальник блудливый, — взглянула она волка.
Тот внезапно попятился и хотел спрятаться за моей спиной. Правда, тут же опомнился, вздыбил шерсть, обрел материальность и встал передо мной, защищая.
— Да не скалься, щенок, — небрежно отмахнулась она. — Не дорос еще зубы мне показывать.
