Болезнь стремительна, никакие лекарства на свете не гарантируют чудесного выздоровления… впрочем, я осознаю ваш долг и ни в коем случае не отговариваю вас от его исполнения…
Не успели лекари скрыться за дверью, как я тихо сказала:
- Твой брат прав, дорогой! Если у нас на самом деле есть шанс, то мы не можем им пренебрегать! Поверь мне, я крепче, чем кажусь. Да и рожать всего лишь через недельку-другую. Думаю, что мы тогда будем в большей безопасности, нежели здесь.
- Хорошо… - немного подумав, решился супруг.
– Быть может, ты права, дорогая. Собственное бессилие страшно выматывает, словно ты просто сидишь и ждёшь страшного конца, не предпринимая ни малейших попыток миновать своей участи. Надеюсь, лорд Свейн отправится с нами. Я готов провести через горы всех, кто решится на то, чтобы бросить свои жилища.
Я только печально покачала головами – если я хорошо узнала этих ребят, то ничто, даже угроза заболеть, не заставит их сдвинуться с места. Так и вышло – отец только равнодушно пожал плечами, сказав, что лорд Олвуд не покинет свои земли, как шелудивый пёс.
Но нас он не задерживает, потому что понимает, что слишком велик риск для нашего будущего ребёнка.
В результате, следующим утром, ещё до рассвета, со двора медленно выехала крестьянская телега, которой правил наш старый солдат Линден, лежала я, заботливо устроенная на рогоже, постоянно шепчущая воззвания к Великому Ранни и Маркас, готовый защитить нас в случае опасности. Мы условились на том, что возле границ наших земель Линден с нами распрощается и отправится обратно, а мы пересечём Мёртвое ущелье и через перевалы по едва заметным тропкам попадём на территорию Дейтона.
Конечно, я понимала, что нас может ожидать некий карантин, дабы скотлинги могли убедиться в том, что мы не принесём с собой заразу. Главное – что моя малышка будет в безопасности. И пусть меня назовут эгоистичной, но мне было очень страшно оттого, что я не могу защитить ещё не рождённого ребёнка. Я кинула косой взгляд на измождённое лицо Маркаса.
Кажется, что за последнее время он осунулся и словно постарел на добрый десяток лет – от постоянного недосыпания залегли тёмные круги под глазами, а от забот – глубокие складки возле носа и рта, в глазах появились страх и недовольство собой.
- Маркас… - я помедлила, словно не решаясь, - я, наверное, никогда не говорила тебе, что я очень люблю тебя…
- Говорила, - мотнул головой супруг, - ну, или ты так думала, что равнозначно.
