Интернет затопила лавина сплетен. Я не делал никаких официальных заявлений, а пустота всегда наполняется домыслами. Да и репутация у меня уже была такая, что ничем не отмыть…
Впрочем, репортеры отчасти были правы. Во всем, что произошло, было больше моей вины, чем ее. Больной человек не виноват в том, что болен. Не виноват, что живет в мире своих фантазий и что они для него реальны: демоны и ангелы, распри между небом и адом. Реален хитрец Камаэль, который одурачил невесту Люцифера и обманом заставил ее носить его ребенка.
Реален вред, который святое дитя причиняет его матери. Реальна боль, которую она чувствовала…
А вот куда я смотрел? О чем думал? Почему не присмотрелся к ней, почему не слышал предвещавшие беду звоночки, которые звенели не переставая? Я приложил руку ко всему, что в результате вылилось в убийство неродившегося ребенка: начиная с избиения в наш первый день и заканчивая полнейшей слепотой в день последний. Я создал этого монстра, я сам вложил нож ей в руку.
Насколько же сильно мы можем влиять на людей, сами того не осознавая. Жаль, что мне пришлось похоронить ребенка, чтобы это понять."
"Два года я приходил в себя. Ушел из группы, все бросил и уехал в ЮАР. Думал, что свихнусь, но музыка уберегла. Я начал писать песни для других исполнителей и продавать их за неплохие деньги. Выплескивал в ноты всю свою боль и ярость. Говорят, что все можно пережить, если подобрать нужную песню[54].
Не врут.
Но на этом наше с Лилиан дьявольское танго не закончилось. Она сбежала из психиатрической клиники, в которой ее принудительно лечили, и как в воду канула. Копы рыскали по всем Штатам, но поиски ни к чему не привели. Поначалу мне не было никакого дела до нее, сбежала – скатертью дорога! Но потом кто-то разгромил могилу моей дочери, а мой «ленд ровер» взорвался на парковке. Очевидно, Камаэль должен был поплатиться за свои гнусные выходки.
Я нанял детективов, желая найти Лилиан и наконец прекратить все это.
Но вскоре понял, что деньги уходят в пустоту, и решил создать собственное сыскное агентство. Вряд ли сильно на этом сэкономил, но теперь, по крайней мере мог требовать от своих людей полной отдачи.
Потом я решил во что бы то ни стало наладить испорченные отношения с отцом. Тот много лет занимался охранным бизнесом и мог помочь своему горемычному отпрыску не откинуться раньше времени.
