Мы приближаемся к толпе встречающих, и мои ноги все сильнее вязнут в воздухе…
– Эй, ты меня слышишь? Улыбку шире! Их полно на выходе. Не смотри никому в глаза.
Мы проходим мимо человека с табличкой с надписью «Скай». Смотрю вниз. Я боюсь, что любой, с кем встречусь взглядом, легко прочтет все мои мысли.
Джо чуть ли не тащит меня через толпу, обхватив рукой за талию. На его лице такая же улыбка, как и у меня, – широкая, фальшивая, напряженная. Мы спешим, как будто земля горит у нас под ногами. Мы уходим, не оглядываясь.
Джо ведет меня по лабиринту темной многоэтажной парковки, наконец мы останавливаемся возле черного «мерседеса» старой модели. Джо распахивает передо мной заднюю дверь, захлопывает, когда я усаживаюсь, садится за руль и тут же сует мне в руки какой-то сверток.
– Это от Гарри, – говорит он, обернувшись.
Я разворачиваю обертку и вижу большого игрушечного щенка. Мои глаза наполняются слезами, пока Джо заводит машину.
– И это тоже, – прибавляет он.
Вслед за игрушкой он протягивает мне тяжелый, как смертный грех, пистолет.
– Он сказал, что ты умеешь стрелять.
– Н-не уверена. Я уже забыла, как это делается, – бормочу я, не решаясь прикоснуться к оружию. Но Джо, очевидно, не привык церемониться.
– Если что, стреляй в упор, поняла? – Джо сует мне пистолет. – Или ты, или тебя.
Он гонит машину к выходу, уверенно петляя в лабиринте паркинга. Свет фар пронзает полумрак. Мы несемся быстрее ветра, шины визжат на поворотах… Я вскрикиваю от ужаса, когда внезапно у нас на пути возникает черный седан с затемненными стеклами.
Джо резко тормозит. Визг колес, крутой вираж, меня швыряет на спинку переднего сиденья. Лицо немеет от боли, из носа брызжет кровь, но мне некогда об этом подумать. Меня заботит только то, что происходит впереди. Тем временем из седана выскакивают вооруженные люди в черных куртках и в масках. Джо дает задний ход, и я ложусь на сиденье, стиснув в одной руке игрушку, а другой сжимая рукоятку пистолета.
– Стреляй по ним, стреляй, мать твою! – орет мне Джо, но я не в состоянии стряхнуть с себя панический ужас.
Я лежу на сиденье, едва не теряя сознание. Крики, паника, сумасшедшие ругательства Джо… А потом машина влетает задом в столб, и наступает тишина. Дверца открывается.
Меня легко вытаскивают из машины и зажимают мне рот. Пистолет падает на пол, но игрушку я держу так крепко, словно в ней – вся моя жизнь. «Нет! Нет!» – пытаюсь я закричать во всю силу легких, но у меня уже нет голоса.
