Я больше не играю в ваши игры! Пока не найдется кто-то смелый, кто наконец объяснит, зачем я ему, если он даже не собирается со мной говорить.
Шантель не двинулась с места.
– А иначе я звоню в полицию и сообщаю, что меня удерживают силой, – рявкнула я.
– Можно сказать, полиция уже здесь, – спокойно сказала она.
– Что?
– Отставной офицер полиции Даллас к вашим услугам.
– Это, что, шутка? – Я окаменела.
Но в то же мгновение все стало на свои места. Я вспомнила, как хладнокровно и со знанием дела она вызывала «скорую» для Джея.
Эти профессиональные, характерные для копа нотки, то и дело проскальзывающие в ее речи. «Все чисто», – сказала она, когда помогла мне собраться в номере гостиницы. Уже тогда я подметила, что она кто угодно, но не бездельница в рваных штанах.
– Шантель, – обратилась к дочери миссис Даллас. – Это не наше дело, как ты сама сказала. И ты не можешь удерживать человека силой, если он не хочет здесь оставаться.
– Могу. Сейчас эта дуреха пойдет и прыгнет с моста, и что я скажу боссу?
– Не прыгнет.
Она не склонна к суициду, – заметила миссис Даллас. – Разве что к депрессии, но на фоне неурядиц в личной жизни это нормально.
– Какому еще БОССУ?! – вскричала я, игнорируя вердикт психиатра.
– Шантель не так давно ушла из полиции и теперь работает на Оушена.
– Поет на сцене, что ли?!
– Нет, она, как я и сказала раньше, частный детектив и еще телохранитель. Это вообще-то не было шуткой, – грустно усмехнулась миссис Даллас.
– Какое отношение имеет Оушен к частному сыску?!
– Мама, ни слова больше, о'кей? Это вообще-то не предназначено для левых ушей.
«Левых ушей?!»
Мое терпение лопнуло. Громко, с треском, с взрывной волной. Удивительно, как не вылетели стекла.
– Значит так, отставной офицер Даллас. Всю свою жизнь я была марионеткой. Подай то, принеси это. Сделай то, достань это. Это тебе нужно знать, а это не обязательно. Кнут, пряник, ошейник, свисток – и так без конца. Но теперь. Я. СЫТА. ПО ГОРЛО. Передай Гарри, что я его люблю, но послушно сидеть в клетке под присмотром и ждать его милости не собираюсь.
Я больше не хочу быть собачкой. Я сбежала от одного собаковода не для того, чтобы найти нового!
Миссис Даллас оттащила Шантель с моего пути и, сжав меня в объятиях, шепнула мне на ухо: «Помни, все не важно, пока под тобой не шелестит непромокаемая простыня».
* * *Мне чудилось преследование, казалось, что за мной следят. Я избегала смотреть в глаза прохожим и шла быстрым шагом.
