А так он ни с кем не завел студенческого романа, полностью посвятил себя учебе, осваивая навыки управления финансами, пытался научиться быстро и без рисков заработать много денег и выбраться из нищеты. Единственный его друг, Роман Бобров, помогал не умереть с голоду, часто приглашая на ужин к себе домой.
Не удержавшись, Дмитрий погладил Люду по волосам, легко и осторожно, чувствуя их гладкость и исходившее тепло. Если бы она только проснулась, он бы поцеловал ее. Все внутри мужчины твердило, что Люда его женщина.
Вся, без остатка. И тот молодой парень, что ждал ее тогда в холле, воспринимался как соперник. Хотелось его уволить, как и тех двух противных сплетниц. А еще Романа, чтобы не лез к ней. И вообще, стоит запереть Люду в его кабинете и делать с ней все, что ему заблагорассудится. Она его. Только его.
Мысли мужчины вильнули в опасную сторону для спящей и ничего не подозревающей девушки. Пора было уходить, чтобы не сорваться. Слишком уж соблазнительно были приоткрыты губки, они так и звали прикоснуться к ним, попробовать их естественный вкус без противной помады.
Да еще и воспоминания о волнующем моменте в травмпункте навевали фривольные мысли."
"Улыбнувшись, Дмитрий через тонкое одеяло погладил Людину травмированную голень. Он никак не ожидал, что простые капроновые колготки введут его в ступор. Казалось бы, обыденная часть женского туалета, а сколько неожиданностей. Он думал, что Люда наденет чулки, что было бы логично для такого элегантного стиля и добавило бы сексуальности.
Но девушка мыслила иначе. В ней не было ничего от обычных охотниц до богатых женихов. Другая, кардинально отличающаяся от его бывшей.
Татьяна всегда носила чулки. Они не доставляли столько хлопот и не мешали двум влюбленным заниматься сексом в любых местах, где их настигала страсть. Татьяна – первая любовь, дикое безумство. Она была его всего год, но сумела за это время перевернуть в жизни Негласного все с ног на голову. Нелюдимого «ботаника» она превратила в стилягу и пижона.
Роман тогда радовался, что друг кутил с ним в лучших заведениях столицы, поддерживал любую идею, как бесшабашно и с размахом провести вечер в шумной компании. Дмитрий боготворил свою госпожу, под каблуком которой оказался незаметно для себя. Но прошел год, деньги у него иссякли, и Татьяна упорхнула к другому, более влиятельному и могущественному, оставив Дмитрия с разбитым сердцем и мечтами.
Людмила не такая. Она не свободолюбивая, а домашняя.