— Понял, принял, — кивнул я. — А может мятеж устроить?
Я закатил глаза к потолку, как будто обдумывая такую сверхценную мысль и увидел перед глазами кулак.
— Во, видел? Устроишь мятеж — вот тогда будет всерьез, как месяц назад. Лично подпишу розыскной лист и, может быть, сам тебе голову отрублю.
— Скоты вы с Арием, — сказал я. — Не забывай, я не простил еще вам выходку с моей лже-изменой. И вообще, в чем я на прием пойду?
— Зайдешь в королевскую швальню, там тебе подгонят один из моих нарядов.
— Потных, рваных и затертых? — уточнил я.
— Надетых только один раз. И со всеми регалиями для принца.
— Утешает, что нахрен хоть пошлют в королевском наряде, — вздохнул я.
— Иди давай, не отнимай бесценное королевское время…
— … затраченное на ловлю мух и разглядыванием прелестей фрей… Все, иду, леща не надо!
Я увернулся от затрещины брата. Да, надо одеться попараднее. Королевские обноски подойдут. А, кстати, надо поднять досье на себя, сколько там любимых военными значков и прочих орденов-медалей мне положено? Все нацеплю, буду орденоносный медалезвон.
Сам прием проходил как обычно. Придворные изображали безумную радость и восторг, а также верноподданическую преданность. Стадо дрессированных собачек, заглядывавших в глаза хозяину и вилявших хвостом, что твой пропеллер.
Да, измельчали аристо, измельчали… Да и рожи у многих такие, что мелькала мысль о близкородственном скрещивании. Уроды — уроды и есть. А что, подходящая мысль! Если Его Величество недостаточно постарается, придется припороть какого-нибудь придворного, чтобы быть отлученным от двора и отправленным в ссылку.
Которая у меня и так уже есть. Как раньше говорили — «дальше фронта не пошлют, меньше взвода не дадут»? А у меня две эскадры и целый Легион под командованием.
Осий играл свою роль мастерски. Хотя этому способствовал вискарь с собственной винокурни, подаваемый на приеме в больших количествах. И, естественно, с умыслом — попробуй напои придворных вином, чтобы языки развязались? Никаких виноградников не хватит, особенно тех, которые побывали сейчас в зоне боевых действий.
Вино нынче дорого. А вот самогон-«осиевка» — самое то, дешево и сердито. К тому же от его табуретовки было дикое похмелье. Но зато — как же, королевская винокурня!
Вот Осий и играл подпившего монарха. Даже переигрывал — глаза красные, как у бешеной селедки, ворот шитого золотом камзола расстегнут, речь громкая и не вполне связная. Не дать ни взять, королевский офицер, которым он был, во время полковой пьянки.
