И, думаю, ощущение спокойствия было сильно обманчивым. Один новый свист, и они все, как с цепи сорвутся туда, куда им укажут.
Многовато врагов, маловато патронов. Но совсем безнадёжной ситуация не выглядела. Был, так сказать, свет в конце тоннеля. И не одного, а целой россыпи в виде крепких на вид маленьких домиков, пустых оконных и дверных проёмов. А ещё тесные улочки между ними, где толпа просто не сможет развернуться. Даже появились некоторые намётки рискованного плана.
Я ещё раз, но уже придирчиво и внимательно осмотрел поселение.
Приглядел себе домик на краю деревни. Дверь с окнами вставить, крышу перестелить и живи сколько хочешь. И пятачок, чтобы машину поставить, есть и садик, хоть и больше всех зарос, но видно, что и был самым развитым.
Прямо уже представил, как возьму небольшой отпуск и уткнусь носом в грядки, собрав мини лабораторию на свежем воздухе. Нормальный сон, медитации на рассвете — вид со скалы там отличный открывается. Красота, вот только мычание «призраков» в очередной раз сменило тональность, напомнив, что об особых условиях аренды.
Я сныкался за край и на несколько метров перебрался в сторону. Нашёл удобный выступ и ещё сдвинулся, добравшись практически до домика, близко подступающего к краю. Прислушался к настрою шакраса и убедился, что охота началась. Маскировка в положении ВКЛ, чуйка немного сбоит, ловя помехи от пения «призраков», но вполне адекватно оценивает окружающую обстановку. Подтянулся и кувырком ушёл в заросли запущенного палисадника, пахнущего чем-то цветочно-экзотическим.
Нашёл на земле битые стёкла с трухлявыми деревяшками и щепками, и приник к каменной стене.
Возможная теплица с сорняками меня не выдала. Я бесшумно проскочил в пустой дверной проём и оказался в тёмном помещении с двумя пятнами света на полу. Крыша прохудилась, часть сухих пальмовых веток трухой просыпалась вниз и продолжала это делать. Наверху сидел «демон» и покачивался в такт гудению, которое будто бы пронизывало здесь всё — от каждой пылинки до каждого кирпичика.
Ценное в доме, может, когда-то и было, но либо обезьяны унесли, либо время сделало своё дело. Труха, тёмная слипшаяся древесина, как, впрочем, и прохудившийся пол. У стены небольшой очаг с печной трубой, возле которого валялась ржавая кочерга. Плюс такой же ржавый каркас остался у трухлявого сундука, внутри которого угадывались очертания глиняной посуды. На оружие ничего не тянуло, хотя каркас сундука выглядел ещё вполне крепким.
