— Ты не друг Борея, — сказал Бигхэд.
— Да, мы это уже выяснили, — ответил я. — Парни, давайте сразу к делу. А то я тороплюсь.
— Нам нужна помощь. Помощь человека, который способен противостоять таким, как Борей. Помощь хищника. Твоя помощь, — Бигхэд скривился, словно от головной боли, и потряс головой. — И мы хорошо заплатим. Деньги, редкие геномы, улучшенные кристаллы с навыками суперхищников.
— С козырей зашёл, — усмехнулся я. — Вот только…
— Не смотри на нас, — голова мотнулась, ткнувшись в спину. Видимо, это был жест в сторону остальных мутантов.
— Мы такие не из-за кристаллов. Не торопись отказываться, хотя бы выслушай.
Я кивнул. Попытавшись представить, какой заказ может быть актуальным в Диких землях. Убить кого-то из местных «Искателей» или просто конкурентов? Отбить пленных от очередных экспериментаторов? Зачистить какую-то зону от монстров? Или контрабанда? Привезти что-то запрещённое?
— Что ты знаешь о Свободных землях? — спросил Бигхэд, увидев, что я готов слушать.
— В смысле, о Диких?
— Дикие они для вас, чужаков.
Для нас они Свободные, — гордо сказал Бигхэд, но потом, погрустнев, добавил: — Но, к сожалению, не для наших детей. Ты знаешь, что за последние пятнадцать лет здесь родилось всего одиннадцать детей?
— Нет, — я помотал головой.
— А выжить из них смогли только трое, — продолжила голова. — Половину забрали «Искатели», а вторую — «Миротворцы». Это были совершенно здоровые дети, не такие, как мы, — Бигхэд снова оглянулся на мутантов. — И мы хотим, чтобы они прожили не такую жизнь, как мы.
— Я не хочу тебя расстраивать, но если их забрали «Искатели» или местные «Миротворцы», то их уже, скорее всего, нет в живых. Их не спасти из плена.
— Это я понимаю, — кивнул Бигхэд. — Но троих нам удалось уберечь. Помоги нам вывезти их из Свобод… Из Диких земель. И мы заплатим любую цену.
— В чём подвох? — теперь уже я обернулся и развёл руками, как бы намекая на почти бескрайние границы земель.
— Мы не сможем перейти границу, — ответил Бигхэд. — Кто-то физически, на ком-то метки.
Но главное даже не это. Мы сами, как чёрная метка. Если кто-то из нас покажется с детьми, то их уже не примут. Пристрелят так же, как сделали бы с любым жителем гетто. А сами они не дойдут.
Вот тебе и контрабанда. С другой стороны, в миссиях по эвакуации я уже участвовал. И тоже тогда детей из посольства выводили, правда, там, и отец с матерью присутствовали, и нянька. А я кто угодно: наёмник, хищник, убийца, но точно не нянька.
