В этот раз нет необходимости силой воображения оживлять змей — глаза у них и без того горят живым блеском. Гарри теперь уже знал, что делать. Прокашлялся, и ему показалось, что глаза-изумрудины, смотревшие на него, замерцали ярче.
— Откройтесь! — приказал Гарри низким, тихим шипением.
В стене появилась щель, разделившая змей, и образовавшиеся половины стен плавно скользнули в стороны.
Дрожа с головы до пят, Гарри вошел внутрь.
Глава 17
НАСЛЕДНИК СЛИЗЕРИНА
Он стоял на пороге просторной, тускло освещенной комнаты.
Уходящие вверх колонны были обвиты каменными змеями, они поднимались до теряющегося во мраке потолка и отбрасывали длинные черные тени сквозь странный зеленоватый сумрак. Сердце его неистово стучало. Гарри вслушивался в холодную тишину. Не затаился ли василиск в темном углу за колонной? И где Джинни?
Он вытащил волшебную палочку и двинулся между колонн вперед. Каждый шаг отзывался гулким эхом от перечеркнутых тенями стен. Гарри прищурился, готовый плотно сомкнуть веки при малейшем движении.
Каменные змеи, казалось, следят за ним темными глазницами. Не раз впереди мерещилось какое-то слабое шевеление.
За последней парой колонн, у задней стены, высилась огромная, до потолка, статуя.
Гарри запрокинул голову, гигантское лицо над ним с обезьяньими чертами и длинной жидкой бородой, ниспадающей почти до самого подола каменной мантии, принадлежало древнему старцу. Из-под мантии виднелись две громадные серые стопы, упиравшиеся в гладкий пол. А рядом лежала ничком маленькая, облаченная в черное фигурка с огненно-рыжими волосами.
— Джинни, — прошептал Гарри и, бросившись к ней, упал рядом на колени. — Джинни! Только не умирай! Пожалуйста, не умирай!
Он отложил в сторону волшебную палочку, схватил Джинни за плечи и перевернул. Лицо ее было белое как мрамор и такое же холодное, а глаза закрыты — значит, это не от взгляда василиска. Но тогда она…
— Джинни, пожалуйста, очнись, — отчаянно шептал Гарри, тряся ее. Голова безжизненно моталась из стороны в сторону.
— Она не очнется, — произнес тихий голос. Гарри выпрямился и, как был на коленях, круто обернулся.
Высокий темноволосый юноша стоял, прислонившись к ближайшей колонне, и наблюдал за ним. Контуры его фигуры были странно расплывчаты, словно Гарри видел его сквозь мутноватое стекло, однако ошибиться было невозможно.
— Том? Том Реддл?
Реддл кивнул, пристально глядя на Гарри.
— Что это значит: она не очнется? — Гарри ощутил безысходную, безнадежную тоску.
