С чего такие выводы? Да, Ася сегодня призналась в чувствах. Я это понял лишь после, когда похоть отпустила хотя бы немного. И остолбенел. Одно дело подозревать, и другое - слышать.
Захожу в спальню - лунный свет едва освещает комнату, но мне достаточно, чтобы увидеть жену. Она сладко спит.
Нежная, трогательная. Кажется такой хрупкой, но в то же время сильной. Не ожидал от нее такой отвязной инициативы. Хотя, конечно, элитные шдюхи способны еще и не такое, но для Аси, девушки воспитанной в определенных традициях, это было очень смело.
И как же мне зашло.
Пальцы зудят от желания снова прикоснуться к ее нежной коже, сгрести шелковые волосы, намотать их и снова ворваться в это податливое тело, которое гнулось так, как мне было удобно.
Сложно удержаться и не разбудить жену. Пиздец как сложно. И я с трудом вспоминаю, что вообще-то хотел держаться подальше, планировал отпустить ее на свободу, помочь освоиться и показать другую жизнь. Ту, которой она достойна, в которой найдет себе хорошего мужчину и…
Блядь.
Словно красное марево вокруг от этой мысли.
Кому отдать? Ее? Мою женщину?
Я не монах и трахался со многими. Нормальные потребности мужского организма. Но ни к одной я не испытывал странного трепетного чувства, что вот она - моя. Моя женщина. От макушки и до пят.
И дело даже не в том, что Ася была не тронута до меня. Невинность она же не между ног, она в мыслях. И что-то дикое внутри довольно урчит от мысли, что в ее голове - только я. Что она хочет и любит - меня. Что для нее весь мир - это я.
И что другие мужчины - вне этого.
Будь моя воля заклеймил бы всю, чтобы знала кому принадлежит. Помнила. Думала об этом и…
Стоп. Резко поднимаюсь в постели и ухожу в душ. Какого, спрашивается, хера меня заносит на поворотах? Какая моя? Я же сам…
Впервые в жизни меня гложут сомнения. Настолько серьезные, что подрывают те фундаментальные спокойствие и уверенность, что всегда есть во мне.
Дурман. Вот точно дурман. Еще неделю назад я был уверен - мой план идеален. А теперь?
Что мне, блядь, делать теперь? Как отпустить ту, что уже пробралась под кожу? Выдрать наживую? Смогу ли?
Должен.
Иначе ведь обреку ее не бездетное существование. А для нее дети - важная часть жизни, я это уже понял по тому, как она говорила об этом.
И я бы многое отдал, чтобы эти дети у нас были. Наши. Наше продолжение…
- Амиран?
Робкий тихий голос бьет по нервам. Мгновенно собираюсь и медленно оборачиваюсь.
На пороге стоит Ася. Кутается во огромный халат. Сонная, домашняя.
