Пока он говорил, его люди осторожно и неторопливо срезали то, что осталось из одежды на пленнике. В комнату внесли какое-то приспособление, и, узнав его, Тебриз закричал и с новыми силами попытался вырваться из пут. Его развязали, но использовать это для побега ему, конечно, не дали, скрутив и привязав к устройству.
- Мне сказали, что вне зависимости от времени действия препарата отходняк всегда один: судороги по всему телу, так? - не оставляя не малейшего шанса, Асами засыпал порошок в рот эмира. - А ещё мне сказали, что судороги можно снять или усилить.
Вот я и проверю на тебе все прелести твоей новой развлекалки.
Приказав привести в порядок комнату, где происходил “разговор по душам”, якудза вышел, раздавая поручения своим людям. Зной фуджерийского дня сменился прохладой и обволакивающей негой. Но ещё рано было вкушать прелести этого великолепного места. Оставив своих людей заниматься эмиром, Асами решил немного отдохнуть. Рюичи освободился из липкой от чужой крови одежды и принял душ.
Обычно он всегда был крайне осторожен, но мысль о том, как страдал Акихито в чужих руках, сносила крышу Асами так далеко, что ему пришлось выйти и остыть от переполнявших его чувств. Пытки ещё не кончились, и хотелось не сорваться и продержаться до основного блюда. Поужинав, мужчина вернулся к своей жертве. Закреплённый на станке, Тебриз не мог упасть, а из-за своего изобретения не мог и двигаться. Люди якудза знали свою работу, и от неё эмир выл на одной ноте практически не переставая.
Посмотрев, как развлекаются его лучшие люди с пленником, он криво улыбнулся и подошёл поближе. Эмир не соврал: как бы ни старались его мучители, он так и не порвался, хотя игрушки в ход были задействованы не самых маленьких размеров. Но несмотря на разрешение, ни один из громил не прикоснулся к Тебризу своей плотью, в ход пускали лишь искусственные заменители. Почему-то это обрадовало Асами.
- Я смотрю, действие скоро кончится, и тебе останется пережить его последствия.
-Подойдя на место расступившихся охранников, Рюичи посмотрел сверху вниз на растерзанного мужчину. - Я не буду облегчать тебе отходняк, и ты прочувствуешь все его прелести, но и усиливать я тоже его не буду.
- Пощадиии!!! - только и смог прошипеть Тебриз.
- Так, голос вернулся, а значит, пора, - взяв инструмент, Асами ввёл его внутрь мужчины. Послышался вскрик. - О, кричать ты тоже уже можешь. Ну давай, не разочаруй меня, погромче.
