Жена упорно работала, руководила вузом, муж пытался отыскать клад, ему не нужны были деньги, профессор мечтал поразить научный мир своим открытием.
Иногда у Лаврентьевых случались скандалы, но в основном их поджигателем являлась Арина. Она умела невзначай обидеть отца, избалованная дочка любила ущипнуть папеньку, напомнить ему, кто на самом деле является в доме хозяйкой, и тогда Эрик принимался летать по особняку на реактивной метле. Но войны происходят у всех. Покажите мне родственников, никогда не выяснявших отношения на повышенных тонах.
Правда, одно время скандалы у Лаврентьевых участились. Арина завела кавалера, врача-реаниматолога Владимира Королева. Нине это не понравилось, и она не упустила случая заявить дочери:
– Столько лет прынца искала и отрыла! У него два брака за спиной! Уже не молод, а заведует всего-то отделением в клинике. Мда… Не пара он тебе! Помяни мое слово, твой Королев хочет пролезть в приличную семью, подобраться к моим деньгам.
– Вова не такой! – взвилась Арина.
– Все одинаковые, – не уступала мать.
Полгода мать и дочь постоянно лаялись по поводу Владимира, но потом Арина внезапно успокоилась и на все щипки Нины вяло отвечала:
– Да ладно тебе, успокойся, ма. Никого я сюда не приведу, не волнуйся за свой дом.
В принципе, семью Лаврентьевых можно было назвать счастливой, но не так давно Валя стала замечать странности. Нина теперь стремилась укатить на службу даже в воскресенье.
Утром спустится к завтраку, посмотрит на мужа, на дочь и хватается за телефон. Покалякает с кем-то и заявляет: «В учебном корпусе трубу прорвало». Или воскликнет: «Пожарная инспекция с проверкой объявилась». И все, нет хозяйки дома.
Пару раз Валя видела на лице Нины следы слез. Лаврентьева стала терять самообладание, легко выходила из себя, теперь скандалы по пустякам закатывала она. Супруги словно поменялись ролями. Профессор обрел невозмутимость, помолодел, похорошел, словно сбросил с плеч десяток лет.
Дальше – больше. Месяц назад, решив в кои-то веки привести в порядок старые вещи, Валя начала перетряхивать хозяйские костюмы. Профессор не отказывает себе в удовольствии приобрести новую пиджачную пару, но ношеные вещи выкидывать запрещает и любит повторять:
– Я не модник, разумно расходую деньги, почти ничего на себя не трачу. Пусть брюки повисят, через год-другой я их надену.
