Вторую? Владей на здоровье. Третью? Сожри, не лопни. Неправильно хозяйка дочь воспитывала! У той есть твердое убеждение: коли топну ногой, весь мир вздрогнет. Ну, с родителями такое, пожалуй, еще пройдет, а вот с мужиком… прости, подвинься. Девка она фигуристая, одета в новое, причесана мастером, из приличной семьи… Чего ж замуж не выходит?
– Наверное, не хочет, – предположила я.
– На стенку от желания лезет! Сколько раз сюда кавалеров притаскивала, но через месяц, другой, они – тю-тю. Выпятит она свой характер, парнишка и даст деру.
Время-то бежит, не девушка уже, перезревшая груша, – самозабвенно сплетничала Валя. – Вроде румяная, красивая, а в руки возьмешь и сообразишь – под кожей гнилье. Упустила Арина момент, холостых другие разобрали, ей остались вдовые да разведенные, вроде этого ее врача, Володи. А у них дети, жены бывшие… Эх!
– Значит, розовый цвет не в фаворе у женской части Лаврентьевых? – перевела я разговор на нужную тему.
– Че? – не поняла Валентина.
– А ты сама любишь вещи нежных оттенков? – продолжала я.
– Зеленое ношу, – заявила Валя, – горчичное.
– Красное?
– Никогда!
– Розовое?
– Уж не девочка давно.
– Следовательно, ни у кого в доме нет вещей цвета, как вон та чашка на мойке? – уточнила я.
– Скажете тоже, – улыбнулась Валентина. – Кому охота невестой поросенка смотреться?
– Профессор, наверное, тоже ходит в темном?
– На работу в костюме, с рубашкой при галстуке, редко пуловер натянет. Учителям не годится по-простому выглядеть. А дома – в джинсах и толстовке.
– Розовая, шелковая?
Валя начала смеяться.
– С удовольствием бы поглядела на хозяина в таком виде. Нет, у него серо-синие шмотки. Их ему Нина покупает, Эрик сам по магазинам не ходит. А с чего у вас интерес-то?
– Валечка, попробуй вспомнить, не приходили ли к вам в последнее время дамы в розовом? – пыталась я нащупать хоть тоненькую ниточку.
Домработница резво вскочила и кинулась к чайнику.
– Ну и хороша же я! Человек в гости заглянул, а я угощенья не предлагаю! Кофейку? Нина дорогой купила, вкусный.
Сливочки имеются, мармеладик. Хотите оладушек?
Странная трансформация доселе не приветливой Валентины удивила меня.
– Спасибо, дело к вечеру, пить кофе поздновато, – вежливо отмела я ее предложение."
"– Чаек заварю! Зеленый? Черный? Ой, ща историю расскажу, – тараторила Валя, – у нас куст цвел у забора, жасминовый. Красивый, весь прям белый! Выхожу утром – ободрали! Ни цветочка! Ну я человек решительный, живо хулиганку вычислила – Настька Петрова.
