Я от неожиданности икнула, а Нина с изумлением спросила:
– Милый, что ты сказал?
– Я категорически против, – решительно повторил муж.
– Против чего? Строительства дома? – оторопела она. – Боишься хлопот? Не волнуйся, я сама решу проблемы с рабочими.
– Мне не нравится участок, – заявил профессор. – Я давно нашел другой.
На короткое мгновение Нина лишилась дара речи, затем осторожно осведомилась:
– Что ты сделал?
– Минуточку… – буркнул ученый и, проявив небывалую прыть, побежал в кабинет.
"
"– Он заболел? – в ужасе повернулась ко мне Нина.
Я растерянно пожала плечами, но ответить не успела – Эрик примчался назад с картой Подмосковья под мышкой.
– Смотрите внимательно, вот деревня Киряевка, – захлебываясь словами, затараторил Лаврентьев. – Я хочу жить там!
– Милый, – нежно возразила Нина, – оцени, в какое захолустье ты нацелился.
– Это совсем близко, – не дрогнул муж, – двадцать пятый километр от столицы.
– По Ленинградке! – фыркнула я. – Эта магистраль постоянно забита.
Да еще в сторону от нее сколько ехать!
– Киряевка… – подхватила Нина. – Ничего себе названьице!
– Сомневаюсь, что вам удастся провести в новое здание водопровод и газ, – в унисон ей пела я. – Эта, извините за выражение, Киряевка – богом забытая деревенька, вокруг ничегошеньки, кроме леса, нет. Нина нашла место намного лучше.
– Нет! – стоял на своем Эрик.
– Послушай, – Нина, не привыкшая к возражениям мужа, начала выходить из себя, – чем тебе это идиотское село приглянулось?
Эрик ткнул пальцем в карту.
– Здесь есть кладбище.
– Вот здорово, – воскликнула я, – жизнь у погоста! Хотя, если с другой стороны посмотреть, там тихо. Ну разве какое привидение забредет, завоет в полночь под окном.
Эрик сердито зыркнул на меня:
– Заткнись! Дай сказать!
Я прикусила язык. Похоже, профессор впал в крайнюю степень возбуждения, до сих пор он никогда никому не грубил.
– Солнышко, может, врача вызвать? – забеспокоилась Нина.
Эрик набычился.
– Я пишу книгу про историю рода Варваркиных, – завел он голосом лектора, – меня давно интересовала эта семья, корнями уходящая в десятый век.
– Офигеть! – пискнула Арина, до сей поры молча наблюдавшая за скандалом.
– Последний представитель семьи Панкрат Варваркин, – не обращая внимания на дочь, продолжал Эрик, – был книголюб, хранил уникальную коллекцию изданий, собранных его дедом и отцом, но никому ее не показывал.
