– Укол сумеешь сделать? – поинтересовалась Оксана.
– Внутримышечно да, – храбро ответила я, – Хучу ведь я лекарства ввожу.
– Отлично. Действуй по моим указаниям… – велела Оксана.
Когда Эрик увидел, что я со шприцем в руках подхожу к Нине, в его глазах промелькнуло беспокойство.
– Не надо! Вдруг ей хуже станет?
– Оксана плохого не посоветует, – зыркнула я на него и, мысленно перекрестившись, воткнула под кожу Нине больной иглу.
Через пару минут судороги отпустили Нину, она приоткрыла один глаз.
– Мама! – кинулась к ней Арина. – Тебе лучше?
– Мне удалось расшифровать записи Панкрата, – по новой завел Эрик.
Я рухнула в кресло. Оксана отличный хирург, у нее огромный опыт, она работала на «Скорой помощи», в реанимации, умеет быстро и точно оценивать обстановку. Слава богу, что у Лаврентьевых в аптечке нашлись лекарства, правда, не все необходимые, но ведь Нине помогли.
– Варваркин сообщает: если вскрыть тайник, непременно умрешь, – прокаркал Эрик.
– Замолчи, – прошипела я, – жена тебя слышит.
– Без негативных последствий, – будто не замечая меня, продолжал профессор, – к томам могут прикоснуться сам Варваркин, его посланец или абсолютно безгрешный человек с чистыми помыслами.
– Остальные умрут? – в ужасе спросила Арина.
– Да, – кивнул ученый.
– Враки! – заорала девушка. – Хрень! Глупость! У мамули просто воспаление легких.
– Оно так быстро не развивается, – перебил ее Эрик. – Но Панкрат оставил лазейку для воров.
– Человек, покусившийся на коллекцию, может выжить? – обрадовалась я.
– Верно. Но нужно совершить обряд.
– Какой? – занервничала я.
Только не подумайте, что я поверила в чушь про проклятие. Хотя Эрик говорил очень уверенно. И потом, Нина как-то мгновенно заболела. Если обряд, придуманный Варваркиным, выполним, то почему бы его не провести? Хуже уж точно никому не будет.
– Помогите, – прошептала Нина, – Эрик… милый… давай…
– Не трать зря силы, – остановил ее муж.
– Что делать? Рассказывай! – велела я Эрику.
– Нина должна покаяться в грехах.
– И все?
– Да.
– Начинаем! – закричала я. – Нинуля, ты можешь говорить?
– Угу, – донесся лепет с кровати.
– Кто-нибудь помнит божьи заповеди? – занервничала я.
– Не убий! – воскликнула Арина.
– Думаю, это можно пропустить, – отмахнулась я, – Нина точно никого не лишала жизни.
– Нина делала аборты, – вдруг заявил Эрик, – два раза. А это убийство.
В моей душе неожиданно вскипела злоба.
