– Изложите свои претензии, – спокойно сказала я, – но сразу предупреждаю: шантаж не пройдет. Я законная владелица данной машины, честно купленной в большом автосалоне. Поэтому разговоры о том, что тачка в угоне, даже не начинайте. В отличие от абсолютного большинства российских водителей я пристегнута ремнем безопасности и аккуратно включила сигнал поворота. Так в чем дело?
– Разворот через две сплошные белые линии запрещен, – без всяких признаков агрессии сказал сержант.
Я высунулась из машины.
– Здесь нет разметки!
– Но она предполагается, – пропел гаишник.
– Неужели непонятно: посередине магистрали всегда идет разделительная полоса.
– Не вижу ничего похожего!
– Поверьте мне, в данном месте разворот запрещен.
– Это еще надо доказать!
– Зачем бы я тут стоял, если правила разрешают маневр?
– Действительно, – нехотя признала я его правоту, – нет ни малейшего смысла просто так мучиться на шоссе.
– Рад, что мы с вами достигли понимания, – тоном дипломата заявил вымогатель.
Я вынула сто рублей.
– Держите.
"
"– Это взятка? – с презрением поинтересовался гаишник. – Я не беру мзду.
Меня охватила тоска. Ну почему мне так не повезло? Среднестатистический сотрудник ГИБДД, прячущийся вечером на обочине в районе места, где стерлась разметка, устроился в засаде по вполне утилитарным причинам: копит жене на шубу или на новую машину, или собрался строить дачу. Такой кадр спокойно сунет вашу купюру в карман и начнет ловить новую рыбку. Намного реже попадается иной вариант: борец за правду и справедливость, и мне повстречался именно такой уникум.
Сейчас придется выслушать нудную лекцию о соблюдении правил дорожного движения, затем сержант, ощущая себя вершителем человеческих судеб, начнет заполнять протокол. Застряну тут часа на два.
– Что будем делать? – плотоядно поинтересовался мучитель.
– Оформляйте нарушение, – грустно ответила я.
И тут сержант меня удивил:
– Бланки кончились, – вздохнул он, – мало захватил.
– Так вы меня отпустите? – не веря своему счастью, воскликнула я.
– Не положено.
– Мне придется ждать до утра, пока привезут формуляры? – ужаснулась я. – Возьми деньги, будь человеком.
– Предлагающий взятку отвечает перед законом наравне с берущим, – пропел Ермолаев. – Под статью попасть хотите?
Все ясно. Я столкнулась с самым ужасным видом гайца – садист с принципами.
– Не советую вам вступать в конфликт с законом, – журчал мучитель, – можете оказаться под следствием. Я взяток не беру!
– Уже слышала.
– Бланки тю-тю!
– Знаю.
