Из речи говорившего он вычленил главное:
— Досс в городе?
Черт возьми, он же несколько часов назад отправил ему записку, в которой просил немедленно выехать в Монтегрейн-Парк и обследовать Анабель.
— А где ему еще быть? — не понял наставник.
Действительно. Вдруг сыночку Бриверивза потребуется помощь…
Рэймер до хруста сжал зубы.
— Нигде, — буркнул и уперся взглядом в пол.
Старший инструктор громыхнул кулаком по столу. Пишущие принадлежности взлетели в воздух и с грохотом упали обратно. Карандаш с металлическим набалдашником со звоном покатился по столешнице.
Докатился до края, свалился на пол.
— Смотреть на меня, когда я с ним разговариваю! — рявкнул Холт. Рэймер поднял голову, встретившись с негодующим взглядом хозяина кабинета. — Так-то лучше, — проворчал тот. — Устроили…
— Готов понести любое наказание, — откликнулся Монтегрейн.
Он не собирался ни оправдываться, ни отрицать свою вину. Да, виноват, но только в том, что доставил проблем наставнику.
— Наказание… — Тонкие губы Холта тронула невеселая усмешка.
— Поздно наказывать — допрыгался.
Монтегрейн, не понимая, посмотрел на старшего инструктора, а тот потянулся к ящику стола и достал оттуда несколько скрепленных вместе бумажных листов с четко выделяющейся на них печатью. Рэймер знал эту печать — печать главнокомандующего армией. Личная печать его отца.
— На, — бросил, как сплюнул, Холт, — полюбуйся. — Швырнул документы на край стола.
Рэймер послушно шагнул ближе. Не стал брать бумаги в руки, будто бы страницы были пропитаны ядом, пробежал строки глазами на расстоянии.
«Белый клык» — самая дальняя и богами забытая крепость королевства. Два года.
— Я думал, распределение будет после выпуска…
— Если бы ты думал, ты бы командовал сотней в столичном гарнизоне! — гаркнул Холт, резким движением сметая документы обратно в стол. — Прочь с глаз моих!
Рэймер не шелохнулся.
— А как же наказание?
— «Белый клык» — твое наказание! — Наставник снова долбанул по столешнице кулаком. — Радуйся, что Бриверивз обещал не выдвигать официальных обвинений.
Прочь с глаз моих, я сказал!
Когда-то Рэймер Монтегрейн был любимчиком старшего инструктора академии. Сокурсники даже подшучивали над ним по этому поводу и в тайне завидовали.
Любимчик, подающий надежды. Кем он стал теперь? Разочарованием?"
"Рэймер дошел до двери и повернулся, уже коснувшись ручки.
— Это наши с отцом личные счеты, — все же решил внести ясность. — Бриверивзы и академия тут ни при чем.
— Вон! — сурово повторил Холт.
Дверь хлопнула.
