— Не надо благодарить меня за лечение… так.
Ответом ей была тишина, и Амелия вздохнула с облегчением: если понял, то хорошо.
Однако она снова ошиблась.
— Мэл, — позвал Монтегрейн. Она не отреагировала. — Мэл, посмотри на меня, пожалуйста.
Пришлось поднимать на него глаза, хотя оторвать взгляд от ножки кресла было почти физически больно — там было легче, безопаснее…
Рэймер смотрел на нее абсолютно серьезно: ни тени улыбки, или раздражения, или самодовольства — или что еще обычно она видела на лице Бриверивза после того, что тот гордо именовал поцелуем?
— Благодарность я обычно озвучиваю словами.
Кровь тут же прилила к щекам.
«Не мечтай, Мэл. Просто… не мечтай».
Потому что возвращаться из мечтаний в реальность потом слишком больно. Ей ли не знать?
Она не выдержала. Снова отвела взгляд и теперь уткнулась им в сложенные и, оказывается, переплетенные между собой на коленях руки.
— Давай я помогу тебе встать? — предложила глухо.
Монтегрейн пожал плечом.
— Помоги.
Он все еще смотрел на нее, и от этого прямого взгляда было сложно дышать.
Амелия встала первой, протянула руку и отметила, что Монтегрейн поднялся практически без усилий. Чуть припал на больную ногу, однако сумел остаться стоять даже без трости, когда Мэл отошла за той к дивану. Если вспомнить момент их первой встречи в храме и то, как Рэймер мог сохранить тогда равновесие только благодаря статуи святой, сегодняшний прогресс был не просто налицо, он был настоящей магией. Впрочем, ее результатом он и являлся — магии Грерогеров.
Амелия чуть снова не расплакалась — на сей раз от облегчения.
— Лучше пока походи с ней. — Она вернулась и протянула ему трость. — Не нагружай ногу. Аура успокоилась, но красные искры в ней остались. Думаю, это добрый знак.
Надежда на то, что он сможет не только ходить самостоятельно, но и вернет себе дар.
— Спасибо."
"Ответ Монтегрейна был коротким и каким-то… напряженным. Она что-то сказала или сделала не так, но смелость спросить напрямик исчезла, оставив в душе совершенный раздрай.
— Я пойду, хорошо?
Заставила себя вновь поднять на него глаза. «Не удерживай меня, пожалуйста», — вложила все оставшиеся силы в немую мольбу.
Его аура была совершенно спокойна, и Мэл очень надеялась, что сегодня с ним больше ничего не случится. В конце концов, это была реакция на недавно принятую кровь.
Тот несчастный в госпитале умер быстро, почти сразу после того, как ему в питье добавили… Зачем опять вспомнила?!
— Иди.
