— Вот именно!
Рэймер пожал плечом.
— Ногами, как же еще?
Мэл скорчила в ответ гримасу.
Нравится ему ее улыбка, понимаешь ли. Так и будет теперь смешить? А она так и будет поддаваться на провокацию и смеяться?
И, боги, почему же ей хочется смеяться прямо сейчас?
* * *
Опасения Амелии оказались напрасны: если леди Боулер и проснулась ни свет ни заря, из выделенных ей покоев она не вышла, и Мэл спокойно прошмыгнула в свои комнаты. Правда, выдохнула только тогда, когда за ее спиной захлопнулась дверь."
"Щеки отчего-то горели, а на лицо просилась, казалось, уже прочно поселившаяся там улыбка.
Что происходит? Она сошла с ума?
Умывшись ледяной водой и переодевшись в платье для верховой езды, Амелия подошла к зеркалу, чтобы расчесать и заплести волосы. Щеки все еще горели, несмотря на холодное умывание, а глаза как-то лихорадочно блестели.
Нет, может, у других людей глаза и блестят просто так — от хорошего настроения, от радости, от любви или от предвкушения праздника. Но у нее-то нет. От невыплаканных слез, от плохого самочувствия — возможно.
А сейчас…
Потерев алеющие щеки-предатели ладонями, Мэл решительно потянулась к шкатулке с косметикой. Если подкрасить глаза, яркость щек будет менее заметна, не так ли?
Или же ей просто захотелось не быть такой бледной на фоне яркой и громогласной Луисы Боулер?
* * *
К удивлению Мэл, ожидающий ее во дворе супруг оказался в компании не только привычных близнецов и верных собак, но и ранней пташки сестры.
Не заботясь о чистоте длинного платья, Луиса сидела на корточках и трепала за черные брыли Шебу, а та норовила вырваться и лизнуть ее в лицо.
Другая, рыжая, собачка, кажется, Рипа — или Липа? — тоже крупная, но в половину меньше Шебы, подбежала и боднула дружелюбную гостью в бедро. Луиса громко рассмеялась и потрепала рыжую между ушей.
Монтегрейн первым заметил Амелию, улыбнулся и кивнул, как ей показалось, с облегчением во взгляде — можно было уезжать.
— А-а, невестушка, — заметила ее и леди Боулер. — Как мило. Так у вас совместные утренние прогулки?
Пользуясь тем, что сестра от него отвернулась, Рэймер очень говорящим взглядом велел Мэл поскорее подойти к нему.
Чем же гостья его уже так допекла с самого утра?
Амелия подошла, и тот тут же по-хозяйски положил ладонь ей на талию — не вздрогнула.
— Отличная возможность побыть наедине, — с милейшей улыбкой ответил Монтегрейн сестре, отчетливо выделив интонацией «наедине».
— Хамишь, — сморщила носик Луиса.
Тот даже не счел нужным отрицать.
