Точнее, собирался рвануть. Филипп и его подручные сделали пару шагов вперёд и услышали нарастающий гул. Макар раскрутил над головой ремень к которому был привязан меч и по широкой дуге запустил его в сторону противника, заставив трёх бойцов из шести отскочить назад. Другая же троица, не поняв, что произошло, продолжила наступление и была встречена нашей пятёркой.
Первым принял удар на себя Прохоров. Ловко отразив выпад меча, он толкнул противника в мою сторону, и я пробил рукоятью клинка ему в голову. Металлический гул пронёсся по комнате, и парень без сознания повалился на пол.
— Чё вы вфтали, бараны⁈ В атаку! — заорал Мечников, но сам вперёд не спешил, так как Макар уже раскрутил свою булаву до страшных скоростей.
Сергей, словно кошка, плавно нырнул под клинок Мечниковского прихлебателя, схватил парня за предплечье и, резко развернувшись, швырнул его через себя. Такого поворота событий противник явно не ожидал. Дребезжа доспехами, он рухнул на пол и громко выдохнул. Видать, Серёга ему весь воздух из лёгких выбил.
Понимая, что преимущество тает на глазах, Мечников решился и побежал прямо на Макара. Меч, привязанный к ремню, со свистом обрушился на шлем Филиппа,тот покачнулся, но не упал. Впрочем, на ногах он простоял всего мгновение. Макар сделал очередной оборот своего оружия, захлестнул ноги Мечникова и дёрнул на себя. Бедолага рухнул навзничь, потеряв меч, и крепко приложившись затылком.
Слева я услышал:
— Сила ног!
И ещё один парень повалился на пол держась за промежность. На ногах остались двое.
Они переглянулись и бросили оружие.
— Да всё. Чё тут драться-то? — подняв руки вверх, сказал один из уцелевших бойцов.
— Труфы, — буркнул Мечников, поднимаясь на ноги.
Его повело в сторону. Пытаясь поймать равновесие, Филипп со всего размаха врезался шлемом в фанерную стену и стёк по ней, словно сопля по забралу.
— Поздравляю. Ты отстоял титул и будешь говнокомандующим до скончания времён, — усмехнулся я и повёл нашу шайку на новый полигон.
* * *Екатеринбург.
Особняк Архарова.
Константин Игоревич впервые за день решил нормально поесть. А то сплошные перекусы. Времени ни на что не хватает. Везде требуется личное участие. То диверсантов Малышевских поймали, то новый разлом на границе открылся, то жены осаждают, требуя внимания. Всем что-то нужно.
Порой Константин Игоревич представлял, как он прожил бы эту жизнь, родись он не аристократом, а крестьянином. Ходил бы на рыбалку, пахал в поле, а вечером с мужичками глушил самогон да баб щупал.
