— До завтра, Мих, — сказал Леший и открыл дверь в свою комнату.
Послышался щелчок включаемого света и яркие лучи осветили сумрачный коридор.
— Баран! Выруби свет! Тут люди спят! — заорал кто-то.
— Не гавкай. Сейчас разденусь и выключу, — огрызнулся Леший.
— Слышь, салага, ты вообще берега попутал? — возмутился парень и, судя по звуку, спрыгнул с верхней койки вниз.
— Залезь обратно, а то зубов не досчитаешься, — угрожающе прорычал Леший.
— Да ты охре… — договорить парень не успел и, жалобно пискнув, рухнул на пол.
— Уй… Собака… За что по яйцам-то?
— Сила ног! — выкрикнул Леший, и свет через пару секунд погас.
Я быстро сбросил вещи, и тут заметил, что Саныча снова нет. Видать, он решил не возвращаться в комнату и ночует абы где. Нам же лучше. Его сопение и вечное похрюкивание во время сна жутко бесили. Я забрался верхнюю койку и уснул с мыслью «Интересно, какое лицо будет у отца, когда он узнает о том, что я получил воинский ранг?».
Утром я проснулся, потянулся и отправился в бассейн.
Правда, по пути наткнулся на занятную картину. Из соседнего общежития вышел Артём Прохоров. Не успел он ступить за порог, как мощный пинок ногой в спину едва не опрокинул его на землю. Следом из общаги вышли три рослых парня и, проходя мимо Прохорова, каждый отвесил ему звонкий подзатыльник.
— Удачного дня, терпила, — с презрением бросил парень со свежим рассечением на губе.
— Надеюсь, сегодня ты сдохнешь. По крайней мере, для тебя это было бы лучшим выходом, — хихикнул второй с крысиной мордой.
— Лошара, — хмыкнул третий и плюнул Артёму на рукав.
Вижу, его здесь любят. Можно сказать, что Прохоров с этими ребятами стал лучшими друзьями. Хотел бы я увидеть момент, когда Артёма заселяли в общагу. Уверен, что он с порога попытался заставить жильцов боготворить себя и поклоняться. За что, ожидаемо, и огрёб. Странно, что он не огрызается, как делал это раньше. Видать, манеры в него вбили очень хорошо. Причём вбивали ногами.
Прохоров с ненавистью посмотрел в спины своих обидчиков, сплюнул на землю и отправился на занятия.
Я же проводил его взглядом и заметил, что Артём теперь ходит, ссутулившись. Раньше плечи были расправлены, нос высоко задран, а теперь — наоборот, старается не привлекать к себе внимания. Да и вообще, ведёт себя тише воды, ниже травы. Прозвучала сирена, вырвав меня из размышлений, и я поспешил в бассейн.
Спустя два часа я сидел в столовой в окружении друзей, которые странно на меня посматривали.
