Там мы придумали и применили новую позицию для занятий сексом, с использованием гимнастического коня и параллельных брусьев, приставленных к нему. Где такое ещё сделаешь, как не на складе гимнастических снарядов? И как забудешь такой хороший и полезный склад?
— Здесь какие-то… упыри или не знаю кто, за дверью. Я забаррикадировалась, но дверь хлипкая, со стеклом. Если полезут внутрь, не отобьюсь.
В голосе чувствуется страх, а зная Татьяну, можно заключить, что это совсем серьёзно.
— Я понял. Ещё живые люди в здании есть?
— Живые? — Её голос прозвучал удивлённо.
Ну да, она же ещё не в курсе…
— Ну, нормальные, обычные.
— Нет. Никого нет, кажется, только эти. Я пыталась милицию вызвать, но не могу дозвониться, там всё время «занято».
— Я близко от тебя, очень близко, буду очень скоро. Милиция не знает, что с такими делать, зато я знаю. В общем, держись.
— Осторожней.
— Всё нормально, я действительно знаю, что делать. Отключаюсь.
— Я жду.
Я очень, очень хорошо помнил, где этот спортзал.
И был он действительно совсем рядом, буквально на противоположной стороне улицы, за высоким забором. Машин на дороге было немного, милиции в прямой видимости тоже, да и не до правил дорожного движения им уже, так что я решил развернуться на красный свет и под запрещающий знак, что и сделал. Затем придавил педаль газа. Вездеход рыкнул дизелем и набрал скорость, не быстро, но как сумел. Не приспособлен он для гонок.
Я оказался у въезда на территорию спорткомплекса уже через три минуты, тормознув в воротах, у широкой застёкленной будки.
Обычно возле шлагбаума в этой самой будке сидел дежурный, но сейчас там никого не было, а шлагбаум был опущен. Таранить его машиной тоже никто не собирался, не в кино, поэтому и дураков нет.
Я поднял с пола у переднего сиденья охотничью сумку-патронташ, где покоились пятьдесят патронов с картечью, натянул её на себя, застегнул. Подогнал я её ещё в магазине. Огляделся.
Всё так же пусто вокруг, редкие машины едут быстро, на территории спорткомплекса в поле зрения — ни единой души, ни живой, ни мёртвой.
Я вышел из машины, заглушив мотор и убрав ключи в карман. Не хватает, чтобы кто-то увёл машину из-под носа. Так что с ключами — инстинкт. Ещё один день, и каждый внедорожник будет на вес золота. А ещё через некоторое время будут цениться лишь вот такие старички, простые и пригодные к ремонту в полевых условиях. Вообще теперь УАЗ было бы неплохо добыть, но об этом потом будем думать.