Лично мне нахлебники не нужны, не собираюсь вокруг него скакать, пусть отрабатывает своё пребывание. Если что-то не нравится, доброшу до станции, пусть в город электричками валит.
– Садитесь чай пить.
– А где моя одежда?
– Сушиться повесили. Можете пока одеться. Вам Борис Иванович принёс на смену, – кивнула на стопочку одежды.
– Борис Иванович?
– Сосед мой. Мы в его бане. Когда я вас нашла в лесу, он помог дотащить, и мы сюда вас перенесли, чтобы отогреть.
– Я замедлил обмен веществ, чтобы дождаться помощи.
Йог, что ли? Я покосилась на него, но ничего не сказала, разливая по чашкам чай.
Мужчина подошёл к предложенным вещам, но надевать не стал, пока разворачивая и с интересом рассматривая пошив и щупая ткань.
– Как вас зовут?
– Альриен.
Ну, точно иностранец!
– Ирина.
– Вы крестьяне?
– Кто?! – возмутилась я формулировке. Но решила списать на плохое знание языка.
– Борис Иванович местный житель. Фермер. А я приехала на праздники, захотелось побыть некоторое время одной, поближе к природе. Садитесь к столу.
– А какие сейчас праздники?
Альриен дождался, пока я сяду на диван, и лишь после этого сел напротив на стул. Я отметила про себя его осанку. Сидел, как будто кол проглотил. Поневоле сама выпрямила спину.
– Новый Год послезавтра.
– Какой год? – удивился мужчина.
– Год Свиньи. Две тысячи девятнадцатый, – произнесла я. Дату добавила, когда брови моего собеседника поползли вверх от удивления при упоминании свиньи.
Альриен как-то странно на меня посмотрел, и пригубил чай. Я тоже на него косилась.
Каким бы иностранцем он ни был, но уж год знать должен и про праздник Новый Год слышал каждый.
Некоторое время за столом царила напряжённая тишина. Каждый из нас пребывал в своих мыслях. Лично меня мучили сомнения по поводу здравости рассудка у спасённого. Но как для психа, его одежда уж слишком дорогая и на дешёвые карнавальные костюмы не похожа.
– Что вы знаете об Империи Асдор? – задали мне неожиданный вопрос.
– Это игра такая? Или из истории? – растерялась я.
– Отвечайте! – приказным тоном бросил мне собеседник и я тут же взвилась.
У меня как будто красной тряпкой перед лицом махнули. Ненавижу хамов, считающих себя выше других и что им все обязаны угождать.
– Тон умерьте! А то сейчас пойдёте дальше под ёлкой спасения ждать. – Когда надо, я тоже могу быть жёсткой и высокомерной.
Моя отповедь подействовала, и мужчина пошёл на попятную.
– Приношу извинения, если оскорбил. Моё беспокойство связано с тем, что я никак не пойму, куда попал.
