Все, чего Тошке хотелось в этот момент, – чтобы начавшееся лето никогда не заканчивалось, а эти прогулки, пусть даже и омраченные какими-то событиями, стали ежедневными.
Они сошли с мостика и направились вдоль изогнутой аллеи с обшарпанными скамейками и еще не проснувшимися горбатыми фонарями.
– Ты ведь знаешь про Сашу? – спросила ни с того ни с сего Луна, присаживаясь на скамейку.
– Да. Марк сказал мне. Я как идиот верил в эту фигню с краской и… Постой, а ты давно знаешь?
– С того самого дня, как ей поставили диагноз.
Тут сердце у Тошки сжалось. Он ведь дружил с Сашей дольше, чем Луна, но ему она так и не рассказала. Но он решил, что подобные мысли нужно быстро прогнать прочь, чтобы неблагородная ревность не испортила этот вечер.
– Вот здесь работа еще предстоит… – произнес он, глядя на облупившуюся краску.
– А мне нравится тут работать: красиво, тихо, да и компания у нас в этом году отличная.
– Да, мне тоже нравится! – тут же согласился Тошка. – Просто от краски тошнит уже. Хотя это куда лучше, чем копать траншеи.
Прошлым летом я работал у отца на прокладке кабеля, – Тошка сам не понимал, зачем рассказывает это, но был не в силах заткнуться, – так от загара черный был, как шахтер. Зато бицепс качается! – Парень приподнял короткий рукав футболки, чтобы продемонстрировать мышцы, и Луна наконец-то засмеялась.
«Смеется – это хорошо. Я молодец», – гордился собой Тошка, глядя, как Луна манерно прикрывает рот. Юмор работал куда лучше, чем советы Марка быть самоуверенным и высокомерным.
Тошка хотел было продолжить, пока поймал нужную волну. В его арсенале легко нашлась бы пара безобидных шуток, понятных даже девчонке, но тут Луна его перебила:
– Фу, чем это так воняет?
– И правда, как будто кто-то сдох, – согласился Тошка и поводил носом в поисках источника смрада.
Запах доносился со стороны тропы, ведущей к выходу, и быстро усиливался.
Наконец им навстречу вышла пожилая женщина, сгорбленная под тяжестью двух больших пакетов, набитых под завязку. Пакеты чиркали дном по асфальту, и каждый из них оставлял за собой мокрый и вонючий след.
– Снова эта тетка, – негромко проговорил Тошка, провожая взглядом драповое пальто.
– Чего уставился? Тебя мать не воспитала, что ли?! – рявкнула старуха, заметив прилипший к ней чересчур любопытный взгляд парня, и, не дожидаясь ответа, засеменила еще быстрее, бормоча что-то себе под нос.
– Ты ее знаешь? – спросила шепотом Луна. – Странная какая-то.
– Видел раз, в автобусе.
