Не дам упасть. Соберись. У тебя все получится.
Ричард рядом. Волнуется за меня.
В груди потеплело.
Вновь сосредоточилась на сложнейшей задаче. Внутри моей спирали стал уверенно закручиваться микроскопический вихрь пламени, который медленно пожирал проклятый артефакт.
— Получилось! — выдохнула с облегчением, с недоверием всматриваясь в то место, где ещё секунду назад была заноза. Не осталось ничего.
В комнате стали появляться посторонние звуки: вздохи, всхлипывания, бурчание. Осознала, что до моих слов все замерли в напряженном ожидании.
Расположила дрожащие ладони над грудью Кэрная, остро чувствуя горячие ладони Ричарда на своем животе."
"Сосредоточилась. С трудом, но у меня получилось. И вот целительный огонь медленно, но уверенно сжег последние капли смертельного яда в крови принца.
В следующую секунду колени все же подогнулись, перед глазами в бешеной пляске затанцевали звездочки. Если бы не объятия Ричарда, я бы упала. Меня затрясло. От слабости и холода.
— Кимберли! — Сильные руки подхватили меня, знакомое горячее дыхание обожгло ледяную кожу щеки.
— Слишком… — пробормотала я. Веки стали свинцовыми, сами собой закрылись и больше не хотели открываться.
Мысленно закончила фразу: «… много потратила сил».
Честон бережно прижал меня к себе. Почувствовала, как он будто окаменел. Наконец, судорожно выдохнул. Поцеловал мои волосы и на мгновение уткнулся в мою макушку лицом.
— Раньше Ким никогда не теряла сознание! — тихо воскликнула Мира. Голос подруги звучал испуганно.
— Раньше она не сжигала проклятые артефакты прямо в теле пациента, — сухо отчеканила Эмма.
Мира всхлипнула.
— Что нужно делать? — сдержанно уточнил мой жених, хотя его сердце выдавало те еще замысловатые кульбиты.
— Дать восстанавливающее зелье, уложить спать, согреть, — уверенным голосом отозвалась Эмма. — Спать, видимо, будет долго. Беспокоить и будить нельзя. Но поить укрепляющим отваром будет нужно.
— Где зелье?
— Мира! — гневно процедила Эмма.
— Соберись. Зелье неси. И одеяло. Ричард, уложи Ким на одну из кушеток.
Последнее слово грозной блондинки я уже еле расслышала, темнота все же одолела меня.
15.2
Облака были теплыми и ласковыми. Они бережно несли меня на своей мягкой пуховой перине и почему-то взволнованно шептали знакомым голосом Ричарда Честона:
— Ким, милая, нужно ещё немного выпить. Ты сделала всего один глоток…
Никогда не думала, что бабочки так высоко летают. Выше облаков.
