Похоже, сам князь Гвинэра.
— Не от тебя. Ты знаешь.
— И от меня в том числе. Как она могла? Как посмела⁈
— Как видишь, и смогла, и посмела. Девчонка всегда мне нравилась.
Через, наверное, самую долгую минуту в моей жизни, в течение которой я вновь чуть не уснула, женщина вдруг задумчиво добавила:
— На мой взгляд, Ана все сделала правильно. Я тоже скрыла бы свою дочь от всех, зная, что ей угрожает. Если бы Анаид не погибла, скорее всего, ни ты, ни Норэт никогда не узнали бы о девочке. А она никогда не овладела бы магией саламандры.
Жила бы себе спокойно в окрестностях баронства Эресби. Вне опасности. А теперь…
Некоторое время в комнате стояла тишина. Я вновь стала уплывать в сон, лениво, не сопротивляясь, — голова ощущалась, как нечто тяжелое и постороннее, когда вновь услышала:
— Ты открыл его?
Женский голос прозвучал с плохо скрытым любопытством.
— Нет, — сухо отозвался князь. — Магия крови задействована. Анаид была осторожна.
— Хм… и все-таки, брат, старшая княжна Норэт стала бы тебе превосходной женой.
Жаль, что у вас не срослось.
— До сегодняшнего дня я ни о чем не сожалел, — холодно отозвался Гвинэра. — Своей жизнью был полностью удовлетворен. Но теперь…
— Теперь в ней появилась та, из-за которой ты станешь уязвим? Похоже, Норэт заранее начал плести новую паутину, в которую надеется тебя заманить. Не зря же он отдал девочке наше кольцо. При всем высшем свете Бирнаи. Зная, что в этот же вечер ты обо всем узнаешь. Кстати, как кольца нашего рода оказались у этого паука?
— Моя вина.
— Само собой. Рассказывай.
Рассказывать князь стал не сразу. Женщине пришлось настойчиво произнести.
— Досэр! По-моему, мне можно доверять. И мне обидно, что я до сих пор не в курсе, что произошло тогда в Бирнае."
"— Когда Ана исчезла, Норэт попросил мое помолвочное кольцо, чтобы с его помощью найти дочь, — тихо процедил Гвинэра. — Я знал, Ана оставила свое. Мы договорились. Норэт и нашел его. По зову парных колец. Но не дочь. Мне же солгал, что кольцо потерял. Я решил, потом заберу.
Оба. Но князь так их спрятал, что мои люди не нашли их.
— До сих пор? За двадцать один год⁈
— Норэт постарался. Я же не хотел подставить Анаид.
— Поэтому с Ираидой не было помолвки? И все решили, что девочка понесла до свадьбы?
— Совершенно верно. Но Ираиду не волновали сплетни.
— Конечно. Она ж была влюблена в тебя с пеленок.
— Что? О чем ты?
— Подлец этот Норэт! — не отвечая на напряженный вопрос князя, воскликнула женщина. — Был. Есть.
