Эмма медленно встала, отряхнула невидимые пылинки с рукава формы и обвела нас внимательным, немного грустным, взглядом.
— Не буду вам мешать. Мне ещё лекции повторить нужно. А вам необходимо подумать над тем, что делать. Вашему положению не позавидуешь.
— Спасибо, Эмма, — поблагодарила я.
Эмма кивнула и ушла. А я не стала удерживать её.
После минуты напряженного молчания Ричард выдохнул сквозь зубы:
— Кимберли, теперь слушаем тебя. Почему вчера ты пошла с князем Норэтом, хотя сначала отказала ему?
После моего довольно быстрого, но подробного рассказа, во время которого Ричард и Роджер постоянно довольно хмуро переглядывались, Честон на время задумался.
Ведь я рассказала в том числе и о саламандре, и о Мейсонах, и о том, как бабушка не хотела, чтобы я училась в Бирне…
— Значит, твой дед обладает кровной магией принуждения, — пробормотал Роджер. — Принуждение действует на тех, в ком течет кровь Норэтов. Поэтому защита Ричарда не сработала против него. Не расценила действия кровного родственника как угрозу.
— Не расценила, — задумчиво подтвердила я.
— Похоже, пазлы складываются в цельную картину, — буркнул друг. — Но, демон меня возьми, все равно остается куча вопросов. Кроме одного. Кимберли хотят сосватать другому.
— Ты прав. Мозаика более-менее сложилась, — сухо проронил Ричард. — Кимберли обладает редчайшей в наше время магией саламандры. Князь решил не терять времени, проверить этот факт и теперь она нужна ему. Но для каких целей — пока неясно. Очевидно следующее — после вчерашнего бала князь Гвинэра в короткие сроки узнает о Кимберли и ее саламандре, а Норэт уверен, что это известие его заинтересует.
Только для чего он дразнит своего врага? С какой целью?
— Возможно, ответ мы найдем в мамином дневнике, — предположила я.
— Ты знаешь, где он? — Нет. К сожалению. Но есть два варианта. Поместье Эресби и поместье Мейсонов. И ещё есть служанка, которая о нем знает.
— Это обнадеживает, — кивнул Честон и серьезно проговорил: — Кимберли, можно тебя на минуту.
Парень встал и указал на стеллажи библиотеки. Я в замешательстве поднялась.
— Я могу оставить вас, если у вас разговор тет-а-тет, — усмехнулся Роджер.
— Ты лучше подожди здесь и проследи, чтобы нам не помешали, — сдержанно заявил Ричард и увлек меня за стеллажи с книгами.
Недоумение испарилось одновременно с тем, как мое лицо обняли теплые мозолистые ладони, а мягкие мужские губы жадно приникли к моим губам.
Я вскинула руки, обнимая Ричарда, прижимаясь к нему.
