Как итог с нами были: Стелла Маккартни, Ральф Лорен, Джимми Чу, Кэлвин Кляйн, Кристиан Лакруа, Прада и сам Майкл. По три топовых наряда от каждого и дело в шляпе!
— Ну-ка, встань сюда, — поманил меня Майкл. Я встала на круглое возвышение, вероятно, здесь с манекеном работают. — Данные неплохие, рост, правда, не идеал, но для нашего дела — это даже хорошо. Я уже вижу заголовки «Мода, живая и настоящая»!
Да, в этой профессии все склонны к эпатажу и эффектам.
— Ты тоже, курочка моя, на подиум выйдешь? — уточнил он у Эмили.
Она притворно уронила голову — кается. — Ева, если бы не твое положение, то я бы и тебя загнал.
— Демонстрировать наряды конкурента — ни за что! — притворно возмутилась она.
Все рассмеялись, а я подумала, что Ева действительно могла сделать карьеру модели: высокая, с ногами от ушей, красивая, единственное, что не вписывалось в модное дефиле — порядком округлившийся животик. Ева была глубоко беременной, но ей шло.
— Ладно, курочки мои, — начал Майкл — похоже, он готов вынести вердикт нашей идее, — ведите всех, кого можно выпустить на подиум.
Но, — он выразительно поднял палец, — максимум до шестого размера.
— Это дискриминация! — воскликнула Эмили.
— Это мода, курочка! Швеям и так придется расшивать и перекраивать!
— Еще надо с площадкой решить вопрос, — добавила Ева.
— Линкольн-центр, — отрезал Майкл.
— Сложно, — мы с Эмили сказали это одновременно. Даже я, далекая от мира моды учительница из провинциального городка, знала, что в Линкольн-центре проходит неделя высокой моды.
Это статус. Это заявка. Туда ходят только профессионалы, а еще богатые и знаменитые. В начале сентября начнется неделя «от кутюр», и даже если мы найдем окно в конце августа — стоить это будет немало.
— Дэдэ, — Ева хитро на меня посмотрела, — ты умеешь очаровывать мужчин?
Хм… Я, может, и не умею, но Дэйдра Морган-Сторн точно умеет! Я кокетливо повела плечиком и стрельнула глазами в Майкла. Он тут же схватился за сердце, изображая приступ необузданного желания.
Ну и что, что он гей! Причем, женатый гей. Я ведь тоже замужем!
— Тогда вы с Мишель вместе к Джеку Монтгомери на ковер пойдете. У него слабость к репутации мецената и благотворителя, и красивые женщины, конечно, — сказала Ева.
— Почему с Мишель? — удивилась я.
— Ее брат учился с ним в Гарварде, они вроде дружат. Вместе вы точно его уговорите.
— Вообще-то брат Мишель — муж нашей Дэдэ, — сконфузилась Эмили.
— О! Тогда задача упростилась! — воскликнула Ева.
