Пячусь от него, плавно увеличивая расстояние между нами. Вот же… за что мне все это?"
"— Для той, за кем нет ни приданого, ни старшего заступника, ты много себе позволяешь, — он больше не похож на того славного здоровяка, который надоедает своим вниманием. — Нужно научить тебя разговаривать с мужчиной почтительно. Мне надоело, что ты от меня бегаешь. Поди так надо мной и смеяться начнут.
— Так оставь меня, Сарид! Что я тебе? Кругом девок вереница — любую выбирай. Они и артачиться не будут, сразу за тобой пойдут.
Шаг назад и я едва не цепляюсь ногой за край ветхого сундука. Покачнувшись, тут же выпрямляюсь, не позволяя увидеть в своих глаз страх.
— А тебе, значит, не угодил? — Масляная улыбка расплывается по широкому лицу Сарида.
Одним резким движением он подскакивает ко мне и больно вдавливает спиной в столешницу. Не успеваю выругаться, как он сгребает меня в охапку и лезет своими губами к моим. Едва уворачиваюсь, но в этот момент Сарид хватает полы моего тулупа и резко дёргает в стороны.
Пуговицы катятся по полу. Гадство!
Меня распирает злость и ощущение бессилия. На моем бедре висит кортик, но Сарид так прижал меня, что просунуть к нему руку не получается. А этот здоровый детина тяжело дыша одаривает меня резким ароматом лукового супа и уже просовывает руку в вырез моей рубахи.
— Дура ты Данька. Ты уже моя и никто кроме меня к тебе не подойдёт. Чего ломаешься?
Меня сейчас стошнит. Или начнется истерика.
Но ни то ни другое меня не спасёт. Этому верзиле всё-равно, он слишком возбужден. Зрачки расширены, дыхание тяжёлое. Ррах, что мне делать? Свободной рукой лихорадочно щупаю столешницу за своей спиной. Хоть бы там что тяжёлое было, хоть бы было! Вилка! Не раздумывая, перехватываю вилку покрепче и со всей силы вонзаю её в руку верзилы. Тот взвывает. У меня мгновение, чтобы вырваться и выхватить кортик. Отпрыгиваю к противоположной стене, направив острое лезвие на внука старосты.
— Пошёл. Вон. Отсюда. Сейчас же! — я рычу, хотя мои колени подкашиваются от страха. С таким, как с дикой собакой, нужно прятать страх. Собираю последние силы, чтобы выглядеть решительно. И это заставляет Сарида усомниться.
Да, вот так, пусть лучше считает меня сумасшедшей и не в себе, нежели слабой и беззащитной.
Мы стоим по разные стороны от стола и оба тяжело дышим.
— Маленькая тварь. Тебе не долго в девках ходить.
