— Имею ввиду обвинение Совета в умышленном подрыве благосостояния нашей Империи, о котором вы ходатайствовали на последнем заседании.
Значит Хэнней, мой новый союзник, остается верен Империи. Я не ошибся в нем, выдвинув во главу отдела имперского дознания. То, что Совет станет всячески препятствовать, не оставляло сомнений.
— Благодарю, Грац. Располагайтесь и отдохните. Я напишу ответ для верховного дознавателя. Вы найдете способ безопасно вернуться во Дворец Правления?
— Безусловно, мессир. Не беспокойтесь, истэр Хэнней не выбрал бы меня, сомневайся он в моих способностях.
Теперь надо подумать, как разобраться с отрядом Восточных территорий, отправленным для возвращения меня под стражу."
"Не хочу втягивать в бой охрану Рассветного дворца и личную гвардию, но прежде мне не приходилось использовать дар одновременно против такого большого количества людей. К тому же не представляю, кто из магов выступит против меня в этой армии. Хватит ли силы моего дара, чтобы остановить их и, главное, как остановиться потом самому? Не хочу калечить гвардейцев лишь за то, что они исполняют бессмысленный и бестолковый приказ обнаглевшей аристократии.
К слову, аристократии, лишившейся всякой осторожности. Одно дело склонять наследника на свою сторону с помощью лжи, подкрепленной льстивыми речами. Другое — давить на того, кто обладает практически неограниченной властью. Скорее всего Дэймэллиан не ожидал такого поворота и не смог сразу найти достаточные аргументы для того, чтобы настоять на своем решении.
Сейчас он, должно быть, переосмысливает всё, что происходило на последних заседаниях и, надеюсь, делает правильные выводы.
Подобную дерзость нельзя прощать. Дэйм не может не понимать этого. Он кто угодно, но не дурак.
Его растили управлять Империей.
Что это значит для нас? Значит, что подкрепление из столицы для восточной армии, вероятнее всего, отправлено не будет… Дэйм найдет способ за это время урезонить Совет, оставив на нас заботу об отце и его выздоровлении. Вдали от тех, кто желал его медленной смерти.
***
Армия появляется к вечеру, когда закатное солнце ласкает алыми бликами морские воды вокруг Рассветного Дворца.
Я обещал Дэниэлле делиться тем, что беспокоит меня и вот результат. Она наотрез отказалась оставаться в покоях императора под усиленной охраной и надежным присмотром Руэла. С другой стороны, стоит мне взглянуть в ее глаза и я ощущаю уверенность, которой никогда не испытывал: я справлюсь. Должен справиться. Слишком многое поставлено на карту.
