Сделка, да? А я так не могу! Пусть хоть опять рычит. Не могу. Там секретарша своей грудью размахивает! А я должна при этом спокойно реагировать. Может ещё совет дать, чтоб одежду по размеру выбирала?
Я рвано вдыхаю, пытаясь угомонить накатившую истерику. Глаза начинает пощипывать. Я сбрасываю новый звонок от Буйного. Не буду ему отвечать. Иначе просто разревусь, а я этого не хочу. Не покажу слабости.
Почему так всё несправедливо, а?
Меня начинает трясти от холода. Я ведь раздетой выскочила, а на улице не лето. Но не спешу обратно.
Для начала мне нужно успокоиться.
Тру ледяными пальчиками лицо, разгоняя кровь. Лучше от этого краснеть, чем от злости. Выдыхаю. Нашла из-за чего злиться. Мне же лучше, если он свое внимание на кого-то переключит. Меньше лезть будет. Я же этого хотела, да?
Замечаю, как ко мне семенит Иван. А что ж без огнетушителя? Сейчас лишнее внимание только бесит.
— Я никуда не сбегаю! — Рявкаю. — Оставьте меня одну.
— Не могу. Тут…
— Мне плевать! Плевать! — Срываюсь на крик. — Я не могу на улице побыть? Свежим воздухом подышать? Нечего тут поджигать, ясно? Или скоро на людей переключусь.
Хочешь? — Меня несет, но я не могу больше. Там у Эмира секретарша, а меня тут преследуют и контролируют. Эмоциями разрывает.
— Это Буйный. Тебя. — Всучивает мне телефон, быстро отходя. Словно даже телефон в моих руках взорваться может. Или опасается нашего с Эмиром столкновения.
Я не хочу говорить сейчас с Буйным. Даже голос его слышать. Но складывается твердое ощущение, что если не отвечу, то мне мобилку к уху примотают.
— Да? — Выдыхаю нервно.
— Кукла, ты если ещё раз трубку бросишь, нахуй, то я лично приеду.
И это далеко не обещание приятного визита. Но я вздергиваю подбородок, будто мужчина меня видеть может. Губы поджимаю.
— Случайно получилось, — вру легко. — Пальчик соскользнул.
— После того, как ты орала? Без телефона, блядь, услышал бы.
— Тебе не пора навстречу?
— Мне пора тебя на хуй насадить, походу. Раз осмелела. Ты нихуя не перепутала? Ты, блядь, не стесняйся.
Просто попроси.
Я прикусываю губу. Выслушиваю поток ругани. Чем сильнее злится Эмир, тем больше у него матов. Сейчас и слов нормальных нет, одна нецензурная лекция. Я такого и не знала! А вот Буйный научит плохому.
— Ты всё уяснила?! — Рявкает так, что я подпрыгиваю.
— А ты на меня так не кричи, — шиплю. — У тебя сотрудники есть. Вон секретарша явно будет рада любому тону.
— Ты так же на меня работаешь, кукла. Я тебе не бабками, а услугами плачу.
