Король удивлялся, неужели, у барона атрофировалось чувство самосохранения, не мог же он всерьез полагать, что о наследнице никто никогда не вспомнит и не потребует ее ко двору, а от барона — отчета о состоянии вверенных ему земель?
Допрос слуг приоткрыл источник самоуверенности барона — оказалось, что тот лелеял надежду привязать девушку к своему сыну и, поскольку, для другого мужчины она станет бесполезна, надеялся, что королю не останется ничего другого, как смириться с этим браком.
В данный момент Оренси истово каялся и умолял о прощении.
— Бес попутал, Ваше Величество! Не иначе, кто-то околдовал! Пощадите!
— Почему графиня не получила образование, которое в обязательном порядке проходят все одаренные? Почему ее ни разу не привозили к магам для определения уровня стихий?
— Габриэлла обучалась вместе с моим сыном. Все, чему учили Рамира, знает и Ее Сиятельство! А не привозил, так я же бездарь, откуда мне было знать, что у нее проснулись стихии? Я в этом ничего не понимаю.
— Вы обязаны были нанять для наследницы учителя-мага, это четко прописано в контракте на опекунство, который вы заключили с Королевством!
— Увы, я невнимательно прочитал, увидел «учитель» и посчитал, что учителей Рамира будет достаточно, — ныл барон. — Дети росли вместе и были очень привязаны друг к другу, поэтому я не стал разлучать их, пожалел юных влюбленных.
— А ваши слуги в один голос утверждают, что графиня терпеть не могла Рамира Оренси, а тот, в свою очередь, постоянно ее задевал, обижал, старался досадить.
— Врут! Врут из зависти!"
"— Графиня поэтому сбежала из дома? От большой любви?
— Романтичная дурочка, услышала про Отбор и захотела поехать, — продолжал лить барон. — Боялась, что я ее не пущу, а мы же полностью в Вашей власти, Ваше Величество, как бы я мог?
— Ну, ну, поэтому вы отправили почтовик с сообщением, что графиня выходит замуж за вашего сына?
Барон поник головой.
И все пошло по очередному кругу.
В конце концов, король не выдержал и отправил барона в ссылку в его старое поместье, предварительно велев подсчитать все, что опекун успел намылить в свою пользу за десять лет и вернуть в графство.
Заодно на баронство наложили огромный штраф, после уплаты которого, барон оставался в одних подштанниках.
Ничего, другим неповадно будет!
Если бы Оренси не приходился родней графине, король, конечно же, более внимательно присматривал бы за опекуном, но вот родственнику поверил и недоглядел.
