На мои вопросы отвечала, что все хорошо и не о чем беспокоиться.
С мужчинами все-таки удалось поговорить, Артём согласился с необходимостью остаться в клинике до завтра. Я не стала возражать, потому что повторения случившегося больше не хочу.
Утро омрачилось звонком матери и разговором, который расстроил, но и дал уверенности в том, что я делаю все правильно. У меня своя жизнь, мне надо родить и растить ребенка, а не спонсировать их запои.
Не знаю почему, но у меня нет ни малейшего намека на то, что я буду полагаться только на мужчин.
Не привыкла ждать помощи, подачек и на кого-то рассчитывать кроме себя самой.
— Доброе утро, Кристина, — доктор излучала добро и свет.
— Доброе утро.
— Ваши мужчины невыносимы, они распугали весь персонал и посетителей, вас надо передавать им в руки, иначе мои девочки, что лежат в соседних палатах, родят все раньше времени. Вы вчера уклончиво отвечали на вопросы, я списала это на стресс и дала вам отдохнуть.
— Да, было такое.
— Как вы сейчас себя чувствуете?
— Прекрасно, хочу домой.
— Вы наблюдаетесь у врача в своей стране?
— Да, как раз должна была прийти на плановый прием.
— Такие боли были раньше?
— Нет, это впервые. Вы меня пугаете, что-то серьезное? Скажите сразу, я должна знать.
Сжимаю одеяло, кусаю губы, женщина смотрит внимательно сначала на меня, потом в свои бумаги, улыбается.
— Не вижу повода для беспокойства, обычно такое бывает на ранних сроках или в конце второго триместра, но матка в хорошем тонусе, малышам ничего не угрожает, анализы прекрасные.
А вот тут я решила, что ослышалась или не так поняла и перевела значение слова.
— Так я могу идти, если все хорошо?
— Да, конечно, сейчас я подготовлю все документы, покажите их своему доктору. Еще диск с записью, а это вам первое фото.
Анна протягивает мне небольшой черно-белый снимок, я понимаю, что это фото УЗИ моего ребенка, но совершенно ничего не могу разобрать. На глаза наворачиваются слезы, часто моргаю, они стекают по щекам.
Верчу снимок в разные стороны. Я никогда не была беременной, не рожала детей, не держала такие фото в руках, и понятно, что мне ничего не понятно.
"
"— Это надо смотреть так, — доктор переворачивает снимок, двигается ближе, показывает на пятнышки и линии. — Это ручка, а это ножка, а вот это головка одного, а вот здесь — второго малыша.
— Второго? Какого второго?
Не понимаю, о чем она опять. Ну, то, что с беременностью я стала слегка притормаживать, это я заметила, но, чтобы настолько, я удивлена.
