Он снимает с меня футболку, скользит языком по шее, в то время как Игорь опускается ниже, так трогательно целуя живот, продолжая пальцами натирать уже влажную плоть между ног.
Оргазм приходит мгновенно, перед глазами яркие вспышки, Громов довел меня до него лишь несколькими прикосновениями пальцев. Кричу, чувствуя, как сокращаются мышцы влагалища, мне так невероятно хорошо, что, кажется, по щекам текут слезы.
— Моя голодная беременная девочка, папочка даст тебе много оргазмов. Иди ко мне, малышка, сука, сейчас яйца лопнут, как болят третий день.
— Крис? Тебе плохо? Крис?
— Сёма, — вздрагиваю, быстро сажусь, отодвигая Артёма в сторону, Громов ничего не понимает, уже почти спустил боксеры вниз, показывая в темноте, как на самом деле у него эрекция и сводит яйца, наяривая рукой стояк.
— Снова Семен? Сука я его придушу сейчас.
Шульгин хочет встать, но я не даю, накрывая его одеялом, потому что дверь в комнату открывается, а я совсем голая, да еще с двумя мужиками в кровати.
Черт! Черт! Черт!
— Сём, все хорошо, не заходи, я не одета.
— Пришло время познакомиться.
— Игорь, не надо, — шепчу, пытаюсь найти футболку, но уже поздно.
— Да стой ты, Кристина, он разберется.
— Какой разберется? Я знаю, как он это умеет делать. Он сейчас выпрется голый со стояком, у парня будет шок, а потом еще ты. Громов, а ну, стоять кому сказала!
Говорю громким шепотом, пытаюсь найти футболку, одновременно вырваться из рук Артёма, который смеется как ненормальный. Вот сейчас брат услышит что здесь не один мужик, а два полный кабздец будет.
— Я узнаю, что за Семён, и вернусь, не скучай. И смотри, без меня не кончать.
— Паразит! А ну, вернись немедленно! Кому говорю, Громов, вернись!
— Крис, ты такая забавная, когда злишься.
— Ты сейчас вместо него схлопочешь по лицу.
В крови снова зашкаливает адреналин, не тот чтоб мне стыдно, парню всего шестнадцать лет.
— Но, когда ты кончаешь, конечно, лучше, чем когда истеришь.
— Это я истерю? Это ты сейчас меня назвал истеричкой? Игорь дай я сама с ним поговорю.
Куда ты штаны одеваешь?
— Так я могу без них пойти. Все снять?
У Артема получается, вырвать из моих рук футболку, зашвыривает ее к окну, Громов натягивает брюки, хоть на этом спасибо. Дверь комнаты открывается и закрывается, хорошо, что голый не вышел, он может ходить и трясти хозяйством.
— Иди ко мне, или ты хочешь, чтоб тут у двух мужиков разорвало яйца?
— Тёма, прекрати, не до этого. Он сейчас там покалечат его, у мальчика будет психологическая травма.
