Благодаря имеющемуся компромату, который в свое время собрал его отец, Костя смог вернуть Лизе наследство. Она теперь ни в чем не нуждается и ни от кого не зависит.
Я тоже предлагал свои деньги. Но она отказалась… понимаю… И все равно я сделаю для них все, что в моих силах. Я не собираюсь забывать и опускать руки. У меня вся жизнь, чтобы искупить свою вину.
- Я ему благодарен. Как дети?"
"- Отлично. Ходят в школу, - вздыхает, опускает взгляд и нехотя добавляет, - Спрашивают о тебе…
- Хотел бы я лично попросить у них прощения…
- Они простили.
У них добрые сердечки, - улыбается. Воспоминания о детях смягчают ее суровый взгляд.
- А ты… нет, - не спрашиваю. Мне известен ответ.
- Нет, - едва заметно кивает.
- Я хотел рассказать свою версию…
- Рассказывай, - смело встречает мой взгляд. – И закроем эту тему навсегда.
Она уже все решила. Мои слова не имеют для нее значения.
Но я все равно начинаю говорить. С самого начала. Рассказываю о своей любви, о дурости… о том, что поверил кому угодно, только не ей… Отпустил, не уловил подвоха.
О том, что Слава появилась позже. Не изменял. А потом забывался… Но не забыл… помнил о ней, каждый день, каждый час, каждую секунду… Но продолжал существовать в своем болоте…
Дети они ведь перевернули мою жизнь. Я полюбил их сразу. Принял. Даже думая, что Артур – их отец. Рассказал и о своих заблуждениях. Как обида меня ослепила, как я был уверен, что она променяла детей на богатых мужиков. От этих моих слов Лиза морщится.
- Знаю, что сам убил твою любовь.
Я слишком хорошо для этого постарался. Но мои чувства к тебе и детям неизменны. Лиза, ты единственная женщина в моей жизни, которую я любил и буду любить всегда. И дети… я от них никогда не откажусь… Они прекрасные плоды нашей любви. У меня есть деньги и много, я все отдам им.
- Откуда у тебя деньги? – выгибает бровь. – Украл?
- Заработал. Сам. Были связи. Ник помог. Еще в тюрьме познакомился с нужными людьми. Там, поверь, далеко не все преступники сидят. Все чисто, Лиз… Работа отвлекала от мыслей, и я пахал без сна и отдыха.
- Но невесту завести успел, - смотрит на меня с вызовом. – Неважно, - машет рукой. – Не спорю, я тоже по молодости совершала ошибки. Многое тебе прощала. Я любила… тебя, - смотрит на меня, взгляд стеклянный. Там нет ни одной эмоции. Холодная. Неприступная…
- Любила… - повторяю.
- Одержимо. Я бы тебе даже измену простила.
- И я готов был принять детей Артура…
- Готов, - кивает. – Только ты мне об этом не сказал.
