В глазах рябит, в висках стучит, а тень отца будто нависает надо мной. И тут происходит нечто очень странное и необъяснимое. Лампочки надо мной начинает мигать и трещать, а через несколько секунд свет и вовсе гаснет. Иду к выключателю, но на полпути ощущаю, как по спине пробежал холодок, а в открытое окно ворвался ветер. Повернулся и в свете фонарей увидел, что половина документов лежит на полу. Чертыхнулся и ударил по кнопке выключателя, что неожиданно помогло и лампочки в люстре заработали. Сев на корточки рядом со столом, собираю бумаги и раскладываю их по папкам.
Внезапно глаз цепляется за цветной снимок под кипой документов. Достаю его и вглядываюсь в лицо мальчика, который кажется мне знакомым. Ищу другие фотографии и…нахожу. Много. Самых разных. Везде один и тот же ребенок от рождения до юности. А на обороте практически каждого снимка пояснение: год, три года, пошел в школу, выиграл турнир по шахматам. Я, наконец, узнаю этого человека и понимаю смысл слов о прощении. Столько лет он хранил эту тайну и унес с собой в могилу.
Среди кучи фотографий и выцветших детских рисунков вытягиваю одну черно-белую. Наверное, ее сделали в студии в конце 80-х. С карточки улыбается очень красивая женщина с длинными темными волосами. Густые брови полумесяцем, черные миндалевидные глаза и пухлые губы. На обороте красивым почерком выведено послание: “Даниал, жаным (милый), я буду любить тебя всегда”.
“Папа, что же ты наделал?” — шепчу в пустоту.
Глава 47
— У тебя телефон звонит, — шепчет мама, выводя меня из раздумий. Я даже не услышал сигнала, а продолжал пить чай и смотреть перед собой. Спал где-то два часа, потому что изучал отцовские документы и почти докопался до правды. Маму пока не буду в это посвящать, чтобы зря не беспокоилась. Но теперь я вспоминаю ее слова об измене отца, когда она была беременна Искандером и многое встает на места.
— Телефон? А, да, точно, — кладу чашку на стол, вытаскиваю мобильный из кармана брюк и несколько секунд смотрю на дисплей и вижу имя еще одного предателя.
— Ответь, — просит мама."
"— Да? — резко отзываюсь, приняв вызов.
— И тебе доброе утро. Слышал, ты вышел. Поздравляю.
Ничего не отвечаю, но в трубку дышу тяжело и громко. Я все еще очень зол на него.
— Расслабься, Карим. Я звоню с миром, — говорит Аслан. — У меня есть для тебя интересная информация о столичном офисе. Слышал, ты там начал внутренний аудит.
