Его жалкие по три тысячи на каждого из сыновей? Думает, что я тупая совсем? Не знаю, что он специально искал новую работу с зарплатой в конверте чтобы за детей не платить?! Своих, между прочим!
Ухх! Как же я зла!"
"От этих ежемесячных крошечных сумм становится тошно. Я перевела их на сберегательную книжку. Видеть не могу! Вот исполнится сыновьям по восемнадцать лет, так вручу им все то, что за всю жизнь им их родной отец “подарил”!
Так что, Матвей, спасибо, не надо! Проживем и без твоих подачек уж как-нибудь!
Ненавижу тебя! Всем своим сердцем! Так сильно, что меня аж трясет!
Снова буря внутри.
Снова душу рвет на части. Стираю соленую влагу со щек.
Смотрю на себя в зеркало, сердце щемит. Ну вот… Я снова всю себя извела…
Так, Поля! Стоп! Выдыхаем!
Надо бы успокоиться…
Мальчишки тут же поймут, что с их мамой что-то не так. Начнет капризничать, волноваться, снова со слезами на глазах пойдут в сад.
И как мне в этом случае идти на работу? Оставаться спокойной и собранной целый день? Нет! Все! Баста!
Матвей Степанов больше никогда не испортит мне жизнь!
Несколько раз умываюсь холодной водой, пытаюсь снять припухлость и убрать ненужную красноту, заново накладываю косметику.
Через пятнадцать минут усердной работы на меня из зеркала смотрит совсем другая я. Выспавшаяся. Посвежевшая. Только грустная.
Но и это я тоже смогу исправить!
–Мальчики, солнышки, просыпайтесь, – захожу в спальню, включаю ночник. Подхожу к Ярику, он лежит на кровати укрывшись с головой одеялом. Свет мешает, а малыш еще хочет поспать.
–Просыпайся, – шепчу сыну прямо на ушко, приоткрываю пододеяльник, начинаю его щекотать.
Мальчик тихонько посмеивается, уворачивается, перебирается на противоположную сторону кровати, пытается откатиться как можно дальше от меня. Улыбается. Но продолжает лежать с закрытыми глазами.
–Соня, вставай! – говорю уже громче, скидываю с него одеяло, нахожу пяточки, немного щекочу и их. Ярослав задорно смеется. – Подъем! – от чудесного детского смеха на душе становится не просто тепло, а невероятно светло и приятно!
–Мам, дай поспать! – говорит сонным голосом.
–В садик пора! – отвечаю ему.
Отхожу в сторону, даю ребенку возможность спокойно проснуться, подхожу ко второму сынишке, начинаю будить и его.
Лишь спустя целых пятьдесят минут мы, наконец, выходим из дома! На часах семь – сорок пять, мне на работу уже уехать было пора.
–Пожалуйста, мальчики, пойдемте быстрее! – прошу сыновей. Но почему-то в подобных случаях все всегда выходит наоборот.
