Столько вы у него никогда не получите, как ни старайтесь.
Сзади Когтя явно толкнули в спину. Он недовольно обернулся, но его тут же толкнули еще раз. Судя по всему, люди Когтя успели прикинуть гонорары быстрее своего вожака.
— Мы согласны, — медленно сказал Коготь, протягивая руку для пожатия.
— Тогда всем спать, — игнорируя этот жест, сказал Хук, поднимаясь на ноги. — Дежурные уже определены. И покойничка приберите. А то нехорошо как-то вышло — над трупом коммерческие вопросы решали.
Напускное спокойствие Хук растерял сразу же, как вошел в палатку.
Поступок Крота и Буля внезапно поставил всего его планы под удар. Вошедший следом Ганс, застал своего командира в состоянии крайнего раздражения. Правда, истолковал эту реакцию прямодушный Ганс, неверно.
— Не знаю, зачем надо было так выделываться, — сказал он, — но теперь дело сделано. Дороговато ты их купил, ничего не скажешь. Им вполне хватило бы и пяти процентов. Но раз дернуло за язык — чего уж теперь то расстраиваться? Правда, не понял я: чего ты так об этом Кроте печешься? Как доберемся до его запасов — отдай деда Когтю, пусть потешит душу.
Всем только проще будет."
"— Эх, Ганс, — со вздохом сказал Хук. — Да на кой черт мне эти артефакты сдались? Уж не думаешь ли ты, что я в этой ходке изо всех сил выкручиваюсь, чтобы хабара набрать? Ерунда это все, плевать мне на хабар. Я здесь и сейчас строю новое будущее всего нашего клана.
Ганс смотрел на своего командира разинув рот. В его выпученных глазах было столько недоумения, что Хук засмеялся и щелкнул приятеля по лбу.
— Вьюшку закрой, а то сквозняком желудок застудишь.
— Ничего не понял, — в полном смятении сказал Ганс. — Я думал, что взять хабар и есть наша цель. И помощь клану. Но теперь ты говоришь, что хабар ерунда…
— Подумай сам. Озеро среди аномалий. Всего два прохода. Если оба прохода закрыть, что получится?
— Ловушка?
— Крепость.
Глава 43
Кромешная темнота над озером лишь изредка приподнимала свое тяжелое платье, чтобы не дать опалить его яркими вспышками где-то глубоко под водой.
В полной тишине Крот и Буль слаженно работали веслами, почти без слов понимая друг друга. Незнакомец сидел на корме и настороженно смотрел в абсолютный мрак берега, оставшийся где-то далеко позади. Штык лежал на дне лодки и в сознание пока не приходил.
В темноте, без единого ориентира, плавное движение лодки оказывало умиротворяющее, почти гипнотическое, действие.
