Падший наградил своих подданных беспечной земной жизнью, а я дам своим возможность получить второй шанс, закончить то, что им суждено было сделать на земле.
— Но как мы узнаем?
— Вы почувствуете, ангел мой. Вы ведь часть меня, а я знаю…
Ангел ушла, чувствуя одновременно замешательство и предвкушение. Впервые Он доверил ей что-то поистине важное, ответственное, и теперь она не могла подвести!
Пришла пора исполнять данное задание, ангелы были отправлены на землю, к сожалению, крылья приходилось прятать, а по твердой поверхности, которую люди зовут землей, передвигаться ногами, медленно переступая с одной, на другую.
Любимице все было в новинку. Нет, она, конечно, бывала в мире людей, но всегда будто снаружи наблюдала за происходящим в стеклянном шаре, а теперь сама оказалась одной из тех, за кем можно наблюдать.
Ангелы рассыпались по миру, шерстя его в поисках тех, кому суждено было получить второй шанс на жизнь, запрет стоял лишь на спасение представителей родов, которые отдали душу Падшему.
Любимица Всевышнего тоже исполняла свой долг, чувствовала гордость и радость, каждый раз делясь частичкой себя, возвращая к жизни.
До нее часто доходили слухи о том, что другие ангелы привыкли к человеческой жизни, что уподоблялись людям, находили себе пару, даже, великий Боже, рожали детей! Нет, конечно, она понимала, что это возможно, ведь с прибытием на землю ангелы стали вполне материальны, но в ее голове до сих пор не укладывалось, как могут другие променять вечность в компании с Ним на какого-то человечка, ведь сделай ангел подобный выбор — пути обратно не будет, его лишат крыльев.
Любимица бродила по земле, живя мыслями о том, как она вернется. Всевышний не сказал, сколько им предстоит слоняться по миру людей, но ангел не сомневалась — совсем скоро ее призовут обратно, а на ее место спустится кто-то другой.
Так и случилось, вот только… Случилось поздно, Любимица повстречала того, с кем поняла, как можно отказаться от целого мира и даже не одного.
Им было запрещено помогать лордам, запрещено к ним приближаться, даже смотреть на них, но Любимица не знала! Она посмотрела и утонула.
Утонула в человеке. Оказалось, в Лорде.
А он смотрел в ее фиалковые глаза и шептал, что любит, что не отдаст, не отпустит. И она верила. Тряслась ночами, ожидая, что Он прикажет вернуться, жалась к родному и самому любимому ненавистному лорду, молила, чтоб у них был еще день… а потом еще… и еще… чтоб Он не узнал.
Но Он узнал. Любимицу вздернуло на небо.
